ГЛАВА VII

    

 

(1)

Сегодня человечество больше не может закрывать глаза на эту проблему. «Спасенное в надежде» неизреченной жертвой Того, Кого оно распяло и распинает ежечасно, оно уже исчерпало всю отмеренную ему божественную благодать, поскольку все во Вселенной имеет свой предел, устанавливаемый принципом Равновесия. Отказ принять Жизнь (Ин 1: 4), которая есть Свет, и последовавшие за этим отказом двадцать столетий анархии подвели человечество к той черте, где медлить больше нельзя. Оно еще могло отвергнуть Христа, первое Пришествие Которого было лишь промежуточной ступенью; но отвергнуть ныне Святой Дух и второе Пришествие значило бы отвергнуть Свершение.

Итак, мы должны окончательно определить судьбу земного человека. А поскольку в процессе творения человек служит необходимым фактором расширения Луча, который упирается в Землю и Луну, его судьба неизбежно отражается на органической и всякой иной жизни нашей планеты и ее спутника. Несмотря на исчезающе малые, в масштабе вселенной, размеры одной человеческой особи, человек находится в чрезвычайно важной точке космической ценностной шкалы — точке, которую мы могли бы назвать узловым поворотным пунктом, как показано на схеме (рис. З)1.

Такое положение человека есть следствие его двойственной природы: высшие центры обусловливают присутствие в нем искры Божьей; низшие центры привязывают его к земле; таким образом, он представляет собой связующее звено нашего Луча творения, соединяющее Царство Небесное (верхние секции на схеме) и низшее Царство (нижние секции).

1 В сходной схеме, которую мы находим в книге П. Д. Успенского «В поисках чудесного. Фрагмешы неизвестного учения» (глава XVI), допущено несколько ошибок. В толковании Успенского, главное место во Вселенной, как это отражено в приведенной им «Диаграмме всего живого», отведено человеку; однако это по своей сути противоречит идее его «ничтожности» (правильнейбьшо бы сказать—его бесконечноймалости). В нашем же понимании ничтожность, или, как минимум, незначительность внешнего человека, цепляющегося за свой уровень бь»я ия,несовместимасотносительнойзначимостью роли, какая можетбьпъ доверена человеческому роду в функциональном плане, т. е. в плане функционированияДуча Творения

.

Рис.3

Эти соображения позволят уяснить, почему развитие человека столь тесно связано с расширением Луча Творения. Вхождение в Цикл Святого Духа не должно было привести к тому кризису, какой мы наблюдаем сегодня, поскольку переход от РЕ к ДО не предполагает пересечения какого-либо интервала. Причина кризиса кроется в следующем: несмотря на то что человечество оказалось перед целым рядом задач, поставленных перед ним Временем и связанных с активизацией ноты-уровня ДО (см. выше, рис. 2), в целом сегодня оно все еще зависает между ФА и МИ, поскольку лишь отчасти пересекло интервал, который без труда преодолело бы, если бы полностью было воспринято Таинство Откровения.

(2)

С секцией «человек» соотносится человек внешний, еще не развитый в эзотерическом плане, т. е. человек «№№ 1, 2, 3», жизнь которого сведена к функционированию его неразвитых низших центров.

Подлинная эволюция, — эволюция эзотерическая, — есть то, в процессе и за счет чего он станет вначале сверхчеловеком, затем христианином, затем святым наравне с отцами Церкви. На схеме трудность перехода в развитое состояние отражена тем, что сверхчеловек соседствует с человеком не по горизонтали, а по вертикали, т. е. предполагается восхождение, символизируемое Лестницей (см. т. I, гл. XX, рис. 56—57). Черта, отделяющая человека от сверхчеловека, — это второй Порог, на котором пребывает человек «№ 4». С секцией сверхчеловек соотносится человек «№№ 5 и 6». Весь размах работы, необходимой для эволюции, отражен, например, в истории с отречеодем св. Петра, которая показывает, что даже достигший этого уровня бытия все еще не застрахован от падения. Обычно все же такое падение является лишь временным отклонением, и тот, кто вышел на эту ступень эволюции, рано или поздно вновь найдет Путь, и чем ближе цель, тем менее тяжелыми будут последствия падения. И все же именно падения следует более всего остерегаться сразу после второго Порога, если потерять бдительность и предаться благодушию. У преодолевшего второй Порог еще нет Сознания, свойства человека «№ 6», а главное — Воли, основной характеристики человека «№ 7». Только человеку «№ 7», получившему крещение от Святого Духа и ставшему святым1, или, по выражению св. Павла, совершенным, не грозит опасность сбиться с пути истинного, потому что воля, которую он получает, носит абсолютный характер.

1 В некоторых текстах первых столетий нашей эры дается более широкое толкование слова святой, которым именуется каждый преодолевший второй Порог', в этом более широком понимании даже святой может сбиться с пути. В Didache — сборнике молитв, датируемом 50—60 гг. нашей эры, — в конце молитвы, долженствующей завершать «трапезу любви» (т. наз. «agapa»), мы находим такой стих:

Да снизойдет благодать и да прейдет мир сей!
Осанна Богу Давида!
 Приди, кто свят [«aghios»],
 Кто не свят, изыди.
Маран Афа
Аминь.

На схеме секции сверхчеловек и святой соседствуют по горизонтали: это означает, что переход из одного состояния в другое осуществляется не в результате восхождения, или роста, как в случае перехода из состояния внешнего человека («№№ 1, 2, 3») в состояние достигшего внутреннего равновесия (человек «№ 4»), а в результате развития.

Только благодаря таким людям — развитым в эзотерическом плане — человечество сможет устранить последствия своего отставания в плане нравственном, избежать Огня и вступить в Эру Свершения. Таким же образом члены Синедриона могли дать всему человечеству возможность перехода в фазу развития в начале Цикла Сына.

(3)

Приведенные соображения не должны нас удручать. Не преуменьшая опасность, можно все же констатировать, что после Второй мировой войны ситуация улучшилась. Мы еще в эпицентре бури1, но сквозь тучи уже пробиваются слабые проблески света.

И хотя современный человек еще весь во мраке стихии — Личности, — хотя он по жадности успел отведать от всех плодов Древа Познания Добра и Зла, благодаря своим постоянным интеллектуальным усилиям он все же достиг заметного прогресса по крайней мере в технологии. Вопреки мнению некоторых религиозных и светских философов этот прогресс, предоставляющий в распоряжение человека все большее количество источников ресурсов, что помогает решить периодически возникающие материальные проблемы, может способствовать его гармоничному развитию, которое должно завершиться в Цикле Святого Духа.

(4)

Однако материальный прогресс сам по себе всего лишь средство, а никак не цель. Он не должен выходить за пределы отведенной ему роли, которая сводится к тому, чтобы способствовать прогрессу нравственному. Только выполнив эти условия, поставленные Божеством, человек освободится от проклятия, которое на нем после грехопадения Адама и Евы (Быт 3: 19), и станет использовать свои таланты (Мф 25: 25) в работе, приближающей Свершение, вместо того чтобы бездумно их расточать.

Как неоднократно подчеркивалось, одно из главных препятствий на пути к достижению этой цели — пропасть между наукой и религией. Эта пропасть и есть основная причина разрыва между материальным положением человека и его нравственным состоянием. Однако в умах людей (по крайней мере на Западе) глубоко укоренилось убеждение, что именно обособление науки и стало условием ее успешного развития и что материальный прогресс по-прежнему зависит от использования прикладных методов в научных дисциплинах, не имеющих ничего общего с Откровением. Для воспитанника современной западной культуры нет никаких сомнений в том, что ученому нечего почерпнуть из Откровения; в его понимании само обращение к Традиции, попытка опираться на нее в научных исследованиях было бы затеей крайне сомнительной и вообще опасной.

1 «Tempest»; по аналогии с «магнитной». — Прим. ред.

 

(5)

Заменив Традицию по происхождению божественную традицией собственного изобретения и став затем ее рабом, человек не открыл абсолютно ничего нового. Еще Христос упрекал избранный народ в том, что он лишил божественное слово его сути, воплощенной в Сыне Божьем, подменив ее ритуалами и человеческим пустословием (Мк 7: 13). Ибо установлено, что человеческие традиции, вырождаясь в суеверие, закрепляются в виде элементарных условных рефлексов, которые становятся препятствием для работы критического ума, действующего сообразно обстоятельствам.

Апостол Петр анализирует эту проблему во второй главе своего Второго послания: по его словам, когда люди, имевшие глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать (Мф 11: 15, 13, 9: 45; Мк4: 9; Лк 14: 35), переступали порог, отделявший Цикл Отца от Цикла Сына, ложным учителям, одержимым прошлым, иногда удавалось вернуть их к старым верованиям. О таких учителях св. Петр говорит следующее:

«Это безводные источники, облака и мглы, гонимые бурею: им приготовлен мрак вечной тьмы. Ибо, произнося надутое пустословие, они уловляют в плотские похоти и разврат тех, которые едва отстали от находящихся в заблуждении; обещают им свободу, будучи сами рабы тления; ибо, кто кем побежден, тот тому и раб.

Ибо, если, избегши скверн мира чрез познание Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, опять запутываются в них и побеждаются ими, то последнее бывает для таковых хуже первого. Лучше бы им не познать пути правды, нежели познавши возвратиться назад от преданной им святой заповеди.

Но с ними случается по верной пословице: пес возвращается на свою блевотину, и вымытая свинья идет валяться в грязи» (II Петр 2: 17—22).

(6)

Закрепление человеческих традиций такого рода приводит к настоящему окостенению мышления. Мы можем констатировать это и в наши времена: если такие традиции одобрены государственными мужами, они представляют огромную опасность. Призывы, которые бросают эти люди, приводят к возникновению человеческих традиций, содержание которых обретает силу аксиомы для той общности, к которой они обращены, и поэтому их принимают беспрекословно. Сегодня мы наблюдаем последствия проявления таких рефлексов.

В плане эволюции непозволительно пренебрегать этим грузом прошлого, который есть причина инерции. Он не только представляет постоянную угрозу конфликтов, но и, создавая также препятствия для возможного воздействия Таинства Откровения, является одной из главных преград на пути эзотерической эволюции человечества. Сковывающая движения тяжесть этого груза мешает расширению шкалы ценностей, которое составляет необходимое условие человеческой эволюции. Кроме того, не следует забывать о силах, стихийно или целенаправленно препятствующих формированию в человеке планетарного разума. Эти тенденции особенно наглядны в тяжелых кризисах, которыми все человечество платит за усилия к расширению коллективного сознания. Если бы в человеке не было такого коллективного смешения ценностей, расширение сознания длилось бы непрерывно. Однако сам переход от масштабов рода или племени к масштабам нации вызвал ряд потрясений. Пережитки племенного сознания, проявляющиеся у некоторых государственных деятелей, еще и сегодня приводят к катастрофам. Примером тому может служить король шведский Карл XII. Этот средневековый рыцарь, железноголовый, как называли его турки, был фигурой более ранней эпохи, чем Петр Великий, инициатор Возрождения России, а следовательно, всего Востока. Вторую мировую войну также можно считать следствием разрушения племенного менталитета.

Следует подчеркнуть, что понятие национального единства возникло совсем недавно. Оно выкристаллизовалось во времена Французской Революции, покончившей с автономией провинций и провозгласившей единую и неделимую Республику. С тех пор кровная месть между кланами или провинциями считается позорным явлением. Но независимо от границ сущность кровной мести осталась той же, и появление национализма ни на йоту ее не изменило, всего лишь расширив сферу ее действия до размеров страны. Поэтому проливать собственную кровь или кровь врагов во славу отечества всегда считалось священным долгом всех честных граждан, а отказ от этого большинство людей расценивают как постыдное малодушие.

(7)

Необходимость перехода к новому Циклу требует сегодня от человека и в первую очередь от государственных деятелей коллективного сознания, далеко выходящего за рамки наций и государств. То, что в XIX веке казалось с точки зрения Личного сознания нормальным и даже похвальным в сфере общественных дел, сегодня считается предосудительным. Завтра оно будет приравниваться к преступлению. Как мы видим, растущий разрыв между техническими возможностями и уровнем морали современного человека служит главным препятствием для расширения нашего коллективного сознания. Преодолеть этот разрыв можно лишь избавившись от автоматизма в своих действиях, и именно этому учит нас то, что мы называем уроками прошлого. Для этого преодоления необходимо определенное понимание человеческих отношений, о которых говорил Спаситель. Недостаточно просто знать, что они должны быть сформированы на новой основе; их автоматизм нужно осознать и устранить сознательным усилием.

Нас обнадеживает констатация того факта, что именно технический прогресс подталкивает человечество к расширению коллективного сознания, т. е. к единству. Мы уже указывали, что это единство мира осуществляется у нас на глазах, но оно не является результатом человеческих усилий, сознательно направленных к этой цели. Можно даже утверждать, что оно становится побочным продуктом деятельности человека, в действительности следующего неверно определенной цели — Прогрессу. Под этим термином мы обычно понимаем материальный прогресс. Человек с энтузиазмом посвящает все свои силы этой цели и использует едва ли не всю мощь своего интеллекта для ее достижения. На выполнение одной этой задачи, по существу, нацелено все народное образование, а любые политические цели наряду с рационализацией экономики во всех ее формах и организацией вооруженных сил сосредоточены на достижении мгновенной выгоды и комфорта. Но человек, сам того не сознавая, изобретает субстанцию, из которой должен быть заново выстроен весь мир.

Алчность — не единственный фактор, который побуждает человека неосознанно создавать предпосылки эры Святого Духа. Свою косвенную лепту вносят также жажда власти и страх. Совершенствование орудий уничтожения оборачивается против самих изобретателей, в итоге не оставляя ни единого шанса извлечь из этого хоть какую-то пользу. В атомной войне разница между победителем и побежденным будет невелика. Там, где все похоронено под пеплом, нет места для победы. «Война, — говорил Клаузевиц, — есть не что иное, как продолжение политики другими средствами». Сегодня этот афоризм утратил свой смысл. Сила парализована избытком власти, которая стала ей ныне доступна. Идея войны доведена до абсурда, который оказывается залогом мира. Таким образом, международное положение кардинально изменилось, и принципы, еще вчера казавшиеся самоочевидными, сегодня уже устарели. Утверждение, что всякий международный договор является всего лишь выражением отношений противоборствующих сторон, теряет свой смысл теперь, когда договоры принимают форму мирных соглашений. Право завоевателя, признававшееся еще в прошлом столетии, не выдержало испытания последними двумя войнами: в современной практике международных отношений понятия «право» и «завоеватель» оказываются взаимоисключающими. Понятие равновесия сил, или баланса власти, также изменило свое содержание. Такого рода преобразования вызваны той же причиной: с прогрессом технологии, понимаемым в самом широком смысле, местные и региональные интересы, сконцентрированные и выраженные на политическом или каком-нибудь другом уровне, все более сливаются с общечеловеческими, по крайней мере в материальном плане. И если в человеческом уме возникают определенные цели, диктуемые тщеславием, алчностью или страхом, одновременно в распоряжение человека предоставляются технические средства, наделяющие его тем, что можно назвать планетарным сознанием.

(8)

Есть и другие причины эволюции. У некоторых людей — как правило, не имеющих отношения к политическим кругам — они обусловлены высшим уровнем сознания. Эти причины, взятые все вместе, стимулировали создание международных организаций. С эзотерической точки зрения такие организации представляют собой зародыш общественно-политического органа, структура которого отвечала бы потребностям новой эры. Если катастрофа будет предотвращена, этот институт станет правящим органом федерации всех наций и народов.

Правда, слабость нынешних институтов и в частности Организации Объединенных Наций — повод для многих сомнений. Но мы должны подождать, пока время сделает свое дело и будет образован федеративный орган; мы надеемся, что его созданию ничто не помешает и что это произойдет вовремя. Если мир не удается сберечь с помощью нравственного прогресса человечества или повышения уровня сознания политиков, то это нужно сделать хотя бы в силу страха перед тем, что могут вырваться на свободу силы, совершенно не подвластные человеку.

(9)

В русле историософии эти размышления приводят к необходимости предположить существование некой сверхчеловеческой воли, преследующей более высокие цели, чем те, которые преследует человек. Некоторые мыслители, сумев почувствовать такого рода воздействие, упоминали о нем в своих трудах. В работе, написанной сто лет назад, Николай Данилевский, обсуждая восточный вопрос, говорит об этом так:

«Восточный вопрос не принадлежит к числу тех, которые подлежат решению дипломатии. Мелкую текущую дребедень событий предоставляет история канцелярскому производству дипломатии, но свои великие вселенские решения, которые становятся законом жизни народов на целые века, провозглашает она сама без всяких посредников, окруженная громами и молнией, как Саваоф с вершины Синая. Доказывать этого не надобно. Во всеобщем сознании важность, приписываемая восточному вопросу, такова, что никто и не думает втискивать его в узкие рамки дипломатии, никому не приходит даже в голову предлагать конгресс для его решения; сама дипломатия, берущаяся за многое, чувствует, что он ей не по плечу, и только старается отодвинуть самый приступ к его решению, чтобы дать время всем пользоваться настоящим перед страшным историческим кризисом, который на долгое время поглотит собою все внимание, все усилия народов, отодвинув на задний план все другие дела и заботы»1.

Через год после того, как были написаны эти строки, началась франко-прусская война 1870 г., а с нею разразился тот страшный кризис, о котором говорил Данилевский. Он длился вплоть до Второй мировой войны. На общем фоне последовавшей за нею холодной войны то тут, то там вспыхивали революции и освободительные войны.

Те аспекты международной политики, которые служат причиной таких конфликтов, стали предметом огромного множества исследований; однако, насколько нам известно, никто еще не пытался подвести им итог. Если же мы сравним ситуацию в Европе и в мире накануне франко-прусской войны с той, что возникла после Второй мировой войны, то увидим, что последовавшие за ней политические конфликты и войны в конечном счете не пошли на пользу делу, ради которого были развязаны. Однако в сумме они изменили лицо мира. Данилевский говорил о восточном вопросе; но на самом деле упоминаемый им страшный кризис по своим масштабам намного превосходит проблемы, перед которыми оказалась западная цивилизация с падением в 1453 г. Византийской империи. Теперь уже ясно, что войны и революции, потрясшие мир за последнее столетие, и есть те самые «громы и молнии», которыми божественная длань чертит облик новой Эры.

Каковы же основные черты этого облика, каковы закономерности новых времен? Они отражены в Уставе ООН и выходят не только за рамки принципа сбалансированной власти, но и (несмотря на уступки принципу суверенности государств) за рамки понятия о национальном единстве. В международной жизни все более отчетливо проявляются эти тенденции, из которых главная — усиливающееся взаимопроникновение внутри- и межгосударственной сфер наряду с растущим влиянием экономических и социальных факторов на собственно политические вопросы, которые все труднее отделить от общего сплетения факторов, составляющих сегодня общественную жизнь на национальном и международном уровнях.

Трудно определить, в какую эпоху начался этот процесс. Мы можем, однако, обнаружить его следы уже в период Французской Революции 1789 г. и даже раньше; свой нынешний вид он начал принимать приблизительно полстолетия назад.

В 1898 г. Россия вынесла проблему ограничения вооружений на международное обсуждение, обратясь к мировым державам с инициативой проведения конференции в Гааге. Как известно, тогда эта идея показалась государствам-участникам столь революционной, что ее в конце концов отвергли.

1 Данилевский Н. Я. Россия и Европа. М.: Книга, 1991. С. 301.

Приведем выдержку из текста упомянутого обращения со стороны России, которое стоит перечитать почти столетие спустя, принимая во внимание эволюцию, произошедшую с тех пор в международном сознании:

«В нынешней мировой ситуации поддержание всеобщего мира и максимальное сокращение чрезмерных вооружений каждой нации является идеалом, к достижению которого должны быть направлены усилия всех правительств...

В твердой уверенности, что эта благородная цель отвечает насущным интересам и законнейшим желаниям всех держав, мы полагаем, что нынешнее время вполне благоприятствует международным дебатам касательно наиболее эффективных средств обеспечения благ действительного и долговременного мира и прежде всего сокращения нынешнего наращивания вооружений.

В течение последних двадцати лет надежды на всеобщую мирную инициативу значительно окрепли в сознании цивилизованных наций. Сохранение мира стало целью международной политики; во имя этой цели великие державы заключили между собой могущественные союзы; для дальнейшего укрепления мира они наращивают вооружения в невиданных дотоле масштабах и продолжают их увеличивать, невзирая ни на какие жертвы.

Но все эти усилия пока еще не привели к предполагаемым благотворным результатам.

Растущие финансовые расходы разрушают общественное благосостояние, а также истощают умственные и физические силы народов. Труд и капитал по большей части лишаются их естественной пользы, будучи направляемы в искусственное русло. Сотни миллионов людей заняты изготовлением страшных орудий разрушения, которые считаются сегодня последним словом техники, но уже завтра обречены будут утратить всю свою ценность в связи с новыми открытиями. Их развитие парализует или же извращает национальную культуру, экономический прогресс и рост богатства.

Но чем больше накапливаются вооружения каждой нацией, тем менее они отвечают целям, которые преследуют национальные правительства. Экономические кризисы, вызванные по большей части избыточным производством оружия и постоянной опасностью, кроющейся в накоплении боевых средств, делают вооруженный мир наших дней непосильным для народа бременем. Отсюда можно заключить, что если подобная ситуация продлится, она с неизбежностью приведет к той самой катастрофе, которой мы стремились избежать.

Ограничение вооружений и поиск средств предотвращения тех бедствий, которые грозят всему миру, является сегодня высшим долгом всех наций»1.

1 Нота русского министра иностранных дел графа Муравьева аккредитованнымпредстави-телям держав в С.-Петербурге. С.-Петербург, 12—24-го августа 1898 г. Documents Diplo-matiques, Conference Internationale de la paix de 1899, Ministry of Foreign Affairs, Paris, Imprimerie Nationale, 1900,pp. 1—2.

После Первой мировой войны в концепции абсолютного суверенитета государств открылась новая брешь — возникла обширная проблема труда, вышедшая на международный уровень. Мы должны сразу же отметить принципиальную разницу между двумя упомянутыми фактами. На внутреннем уровне проблема сокращения вооружений целиком лежит на плечах государства, но она была выдвинута на международный уровень в традиционных рамках межгосударственного контроля. При таком подходе предложенный метод, хотя и воспринимался некоторыми как явное покушение на суверенитет, не внес ничего нового в международные отношения. С появлением проблемы труда ситуация кардинально изменилась, что и было зафиксировано в самом начале текста Конституции Международной Организации Труда:

«Поскольку всеобщий и долговременный мир может базироваться только на социальной справедливости;

Поскольку существующие условия труда взваливают на плечи огромного большинства людей тяжкое бремя несправедливости, нищеты и лишений, вызывающих столь сильное недовольство, что они представляют постоянную угрозу для мира и согласия» и т. д.

Со времени создания МОТ международные отношения перестали сводиться только к межгосударственным, как это было раньше; наряду с политическим фактором в политике государств все большая роль отводится фактору социальному.

Оба эти факта из растущего множества все более красноречивых приводят нас к следующим выводам:

— Несмотря на то что государственный суверенитет неприкасаем и не подвержен ограничениям, некоторые государственные проблемы (например, проблема разоружения) сегодня практически не могут быть решены на национальном уровне, тем самым переходя в компетенцию международных организаций.

— Некоторые социальные проблемы (как, например, проблема защиты труда) приобретают все большие масштабы и поэтому могут получить удовлетворительное решение только на международном уровне.

Таким образом, с начала нашего столетия на арену международных отношений, отведенную до этого исключительно государственным делам и межгосударственным переговорам, в силу обстоятельств стали выдвигаться не только экономические и социальные проблемы государств и организация национальных правительств, но и создание надгосударственных организаций.

(10)

Мы можем подсчитать, сколько лет понадобилось человечеству, чтобы при подписании Устава ООН в Сан-Франциско вернуться к предложению, сделанному Россией в 1898 г. Но даже этот значительный шаг вперед был оплачен

дорогой ценой: войны и революции, произошедшие за этот промежуток времени, стоили жизни более семидесяти пяти миллионам людей. Между тем как история «громами и молниями» диктовала новый международный закон, факторы, подобные тем, что дали толчок к преобразованию феодальных государств в республики1, обеспечили непрерывное расширение границ коллективного сознания вопреки всем кризисам. Этот прогресс ускорялся на протяжении столетий, и это позволяет нам сделать вывод, что в мире исподволь вырабатывается планетарное сознание не только в политической, но и в экономической и социальной сферах.

Следует однако подчеркнуть, что вплоть до настоящего времени эта эволюция происходила неосознанно: она явилась в большей степени побочным продуктом технического развития, а также следствием того священного ужаса2, который порождает в людях разрушительная сила современного оружия.

Сохраняющееся несовершенство сознания оборачивается выбором между двумя способами реализации единства на международном уровне: с помощью насилия, или империализма, или посредством согласия, или федерализма. С эзотерической точки зрения, т. е. с точки зрения Сознания, ценно только согласие, т. е. — в данном случае — федерализм, поскольку лишь согласие отвечает божественному требованию Любви.

Чаша весов склонится в пользу федерализма только в том случае, если решения, принятые на политическом уровне, будут иметь своим источником уровень, превышающий обычное сознание. Здесь мы вернулись к проблеме формирования нового человека. Следует понять, что изоляционизм — независимо от его природы — является основным препятствием на пути к Циклу Святого Духа. Царство Божье закрыто для богатых в эзотерическом смысле слова. Мы не сможем колонизировать его буржуазными методами.

(11)

Если переход общественной жизни на высший уровень связан с формированием нового человека, обнаруживаем ли мы в людях признаки подлинной эволюции? Мы здесь имеем в виду не только тех, для кого эволюция (т. е. обретение сознания) стала целью жизни, а человечество в целом.

Спору нет, наша цивилизация начинает развивать в себе некие качества, которые должны во многом способствовать становлению человека на тропе эволюции.

Как мы говорили в первом томе, в главах, посвященных анализу Пути, важнейшей его ступенью является переход внешнего человека на уровень человека

1 «National states».

2 «Holy terror».

«№ 4», характерная черта которого состоит в том, что его низшие центры развиты и уравновешены. Давайте посмотрим, какое влияние оказывает современная жизнь на низшие центры, в первую очередь на двигательные и интеллектуальные функции.

Наш двигательный центр должен выполнять куда более разнообразные и точные действия по сравнению с теми, которые от него требовались всего пятьдесят лет назад. Современным миром правит скорость. Значительное возрастание роли путешествий, передвижений и физических упражнений, в которых постоянно задействованы двигательные функции вследствие повсеместного использования все более и более сложных механизмов, привело к повышению скорости человеческих реакций и постоянному совершенствованию способности выполнять точные движения за очень короткий промежуток времени. Качество прилагаемых в данной сфере усилий во многом обеспечивает развитие нашего двигательного центра.

С начала нынешнего столетия предпринимались значительные усилия и в сфере образования, которая неуклонно расширяется. Усложнение школьной программы должно, естественно, идти в ногу с завоеваниями человека в интеллектуальной сфере, причем в возрастающем темпе. Интеллектуальный центр ребенка подвергается интенсивным тренировкам; благодаря общей тенденции к введению обязательного обучения доля сельской молодежи, получающей образование, постоянно растет, нередко достигая ста процентов. Более того, в некоторых государствах среднее образование уже общеобязательно. Таким образом, доступ к позитивному знанию открывается для все более широких слоев населения. И мы можем утверждать, что развитие интеллектуального центра, несмотря на его многочисленные недостатки, в основном следует за развитием двигательного центра.

Приобретение двигательным и интеллектуальным центрами этих новых способностей — это всего-навсего побочный продукт адаптации к условиям жизни в современном мире, т. е. на самом деле оно не вызвано сознательными действиями, направленными на эзотерическое развитие человека.

Нравственный прогресс, необходимый для перехода к Циклу Святого Духа, требует гораздо больших усилий в интеллектуальной сфере: каждый из нас обязан использовать все свои способности в данной области. Человек должен извлечь из своих талантов максимум прибыли, а этого он сможет достичь только в том случае, если получит доступ к высшему учению, с помощью которого можно развить высшие формы интеллекта. Священный долг каждого правительства — как можно скорее открыть двери университетов для всех слоев населения.

(12)

Чтобы получить полное представление об основных предпосылках нравственной эволюции человечества, мы должны еще рассмотреть самый важ ... (глюк в книге)...  выполнит и это требование, ему дана будет вода Господа, которая «сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин 4: 14).

 
 

 

 

Всем меломанам рекомендую https://ipleer.fm/q/the+beatles+help/, много музыки.
Hosted by uCoz