Глава 6

Духовная природа

К пятой беседе в нашей Летней Школе я приступил с невыразимым трепетом. Долгие годы, когда мы раньше работали вместе с Успенским, на само слово "дух" было наложено настоящее табу. Мы считали это понятие выражением распространенной веры в нечто "невидимое" и были очень горды тем, что не верили в то, что нельзя было подтвердить явными доказательствами. Такая Декартовская позиция настолько укоренилась во мне, что прошло очень много времени, прежде чем я признал существование нематериальной реальности. Плотин, над изучением трудов которого я одно время серьезно работал, называл эту реальность noeton, сферой Интеллекта. Вероятно, немецкие идеалисты называют то же самое Geist. Я никогда не сомневался в том, что существует "высшая" реальность, но считал, что она не отличается по своей природе от "обычной" реальности, что она просто тоньше и сознательнее. Я не мог тогда допустить существование реальности за рамками сознательности.

Благодаря Субуду, я ощутил существование нематериальных влияний, воздействующих на природу человека, и силы, которую мы можем на себе испытать. Постепенно, ощущение реальности духовных природ превратилось в полную уверенность. К счастью, я не был сторонником дуализма "двух субстанций", и теперь убежден в том, что духовность, также как и материальность, относительна, и между этими двумя сферами существует непрерывный переход.

Поскольку занятия в летней школе были посвящены психологии, а не философии, студентов, по большей части, интересовало значение трансформации. В связи с этим, я мог основывать свои рассуждения на психологических наблюдениях, а не на рациональных аргументах, и это придавало мне уверенности.

Дж. Г. Б. – Мы уже обсуждали с вами различия между материей и духом, но несколько подводных камней осталось без нашего внимания. Слово "дух" имеет несколько значений, и это может нас запутать. Говоря о "каком-либо духе", мы подразумеваем нечто существующее, наподобие тела, хотя и в гораздо более тонком и, как правило, невидимом состоянии. Мы с вами говорили также о тонких телах человека; я уверен в их существовании, а также в том, что они могут существовать отдельно от физического тела. Хотя они гораздо тоньше физического тела, и условия их существования коренным образом отличаются от условий существования физического тела, они, все же, являются телами, а значит, в той или иной мере, материальными. На одной из первых бесед я говорил о разнице между твердыми телами, подобными нашему, и телами, образованными, например, из воздуха или света. Если бы наше тело было образовано светом, оно бы коренным образом отличалось от привычного нам организма; оно бы могло перемещаться невообразимым для нас образом, даже с позиции воздушного тела. Тем не менее, оно, все же, было бы материальным, поскольку свет также является формой материи. Если бы тело было образовано мыслью, оно состояло бы из другого вида материи, материи мысли. Можно гипотетически представить себе тело, образованное сознательностью; оно было бы чистым светом, не физическим светом, который мы воспринимаем при помощи зрения, а чистым светом. Можно даже представить себе тело, образованное творческой энергией. Это, как раз, и есть душа, о которой мы говорили вчера. Душу нельзя назвать материальной или нематериальной, поскольку по самой своей природе она служит мостом между духом и материей. Таким образом, рассуждая о духе, мы не должны путать его с душой.

Я упоминал термины Рупа и Арупа, используемые в Индуизме; Рупа означает оформленный, Арупа – не имеющий формы. То, что духовно, создает форму, но само ее не принимает. Материя принимает форму, но не создает ее. Можно говорить о духовной сфере, как о мире качества. Качество не обладает формой, но может создавать ее. Можно сказать, что предмет имеет зеленоватый оттенок, но, сам по себе, зеленоватый оттенок не имеет формы и его невозможно себе представить. Попытайтесь подумать о зеленоватом оттенке, не представляя при этом сам предмет, и вы почувствуете, насколько это сложно. Вы, конечно, можете представить себе зеленый свет или зеленого крокодила, но, в этом случае, вы уже будете представлять себе зеленые предметы. В то же время "зеленость" как качество должно реально присутствовать, поскольку оно характерно для всех зеленых вещей. Есть очень много качеств, и все они духовны по своей природе. Таким образом, между духом и материей существует определенная связь, как если бы они были необходимы друг другу, для того чтобы стать реальными. Так, сладости необходим сахар, для того чтобы быть сладкой, а сахару необходима сладость, для того чтобы быть сахаром. Подобно этому, дух и материя всегда нуждаются друг в друге, для того чтобы быть реальными.

Давайте проанализируем, например, ощущение правильности или соответствия. Скажем, вы выполняете какую-то работу. Есть определенное качество, которое делает вашу работу правильной, хорошо выполненной. Это можно, частично, выразить с материальной точки зрения. Мы можем судить о правильности выполнения работы по показателям материального мира, мира чувствительности и т. д. Но что возвещает нам о присутствии качества, и что расстраивает нас, когда его нет? Разницу между тем, что есть и тем, что должно быть, можно растолковать языком материальных объектов. Тем не менее, природа этого различия, причина, по которой у нас возникает ощущение правильности одного и неправильности другого, является духовным элементом суждения, который не может быть сведен к факту. Я имею в виду не только грубую материю, но также и привычные реакции, а также желания, стоящие за ними.

Возьмем, например вкус в сфере искусства, определяющий о какой работе человек говорит: "Это произведение искусства прекрасно". Лишь очень немногие люди обладают непосредственным вкусом; в большинстве случаев это вкус из вторых рук. У большинства людей их собственное ощущение ценности заглушается привычками, образованием, чужими мнениями, эстетическими принципами, которые определяют, чем человеку следует восхищаться, а чем нет. Все это проявления материальной и чувствительной самостей. Тем не менее, есть и чистый вкус, позволяющий человеку, даже не видев ничего подобного прежде, признавать одно произведение настоящим, а другое – не выдерживающим критики. У человека возникает это чувство, даже если он не имеет ни малейшего представления о школе, к которой принадлежит данная работа, и о техниках, использованных его создателем. Однако чистый и непосредственный вкус не является производным разделенной самости. У нее могут быть собственные убеждения, но это отнюдь не чистое восприятие, а проявление характера критика. Хотя духовные качества и не являются фактами, они реальны; они не существуют, и, все же, они есть. Качества правильности, справедливости, соответствия и гармоничности присутствуют во всех видах конструкций или форм, но качества не являются составляющей частью формы, поскольку форма – это всегда небезупречная попытка выразить качество.

Каждый мастер знает, что даже когда он использует максимум своих возможностей, чтобы отразить то или иное качество при помощи искусства, между самим этим качеством и произведением, все равно, ощущается разрыв. Именно это я подразумеваю под духовным элементом нашего опыта. Понятно, что существуют различные виды духовных элементов, поскольку есть много различных качеств.

Дух всегда стремится объединиться с материей, а материя, в свою очередь, стремится к духу, для того чтобы выразить себя в духовных качествах. Это происходит в нас постоянно. Что-то манит нас к этим мирам, к этой центральной точке, но и они тоже нуждаются в чем-то. Центральная точка, о которой мы с вами недавно говорили, как раз, и является местом встречи духовных качеств и материальных форм. Встреча может происходить, поскольку формы обретают максимальную свободу в сознательности, а духовность переходит, или фокусируется, в нечто индивидуальное, в вас, меня, каждого из нас. Это можно представить как разницу между тем, что вы делаете и тем, как вы делаете это. Кроме того, можно выделить количественные и качественные аспекты в нашем опыте.

Теперь мы должны поближе познакомиться с духом. Я сейчас постараюсь показать вам, как можно составить представление о духе, не опираясь при этом на материальные понятия.

Если вы внимательно следили за нашей беседой, то, наверное, уже поняли, что миры духа вовсе не находятся от нас на недосягаемом расстоянии, где-то далеко в небе, или в потаенных глубинах нашей природы. Мы постоянно живем в духовных мирах, но лишь косвенно ощущаем их влияние. Пока я живу в своих мыслях, эти различные духовные влияния проникают на все уровни моей природы. Нижних уровней, нашей природы они достигают в форме определенных устойчивых концепций, как, например, различные цвета, а также доброта, надежда и т. п. В итоге, они превращаются в названия различных видов опыта, которые скорее относятся к этим нижним уровням, чем к реальной самости человека. Таким образом, хотя духовные миры очень близки нам и пребывают внутри нас, мы не способны входить с ними в прямой контакт, прежде чем найдем себя. При этом я отнюдь не хочу создать у вас впечатление, что духовные элементы проникают в мир материи исключительно благодаря человеку или человекоподобным существам. Духовные качества есть и в пении птиц и в цветах, но это природные качества, присущие самой природе птиц и цветов. Дух и материя объединяются творческим актом, в котором человек не принимает участия. Однако в искусстве человек сам объединяет эти два мира. Впрочем, он делает это и множеством других способов; я привел пример с искусством только в качестве иллюстрации, а не исчерпывающего объяснения.

Означает ли это, что нет чисто духовных существ? Не сомневаюсь, что есть, только следует соблюдать особую осторожность и не представлять их себе такими же существами, к каким мы привыкли, и которые обладают телом, мыслями, чувствами, желаниями и т. п. У нас есть все это, потому что наши самости устроены таким образом, чтобы у нас все это было. В то же время, духовное существо не будет иметь тех ограничений, к которым мы привыкли. Все это очень трудно понять. Это не давало покоя многим величайшим философам, но вы сможете разобраться, если положитесь больше на свои чувства, чем на мышление. Речь идет о реальности, которая не существует, но способна влиять на существующее. "Не существует" значит не образована каким-либо видом энергии, а "реальна" значит не зависит от какой-либо посторонней поддержки. Красота не зависит от "глаз смотрящего". Красоте не нужен смотрящий, для того чтобы она могла включать в себя богатый спектр качеств. Возможно, вы знаете историю Джотто, который, когда его попросили прислать образец своей работы, взял в руку кисть, нарисовал ровный круг и отправил его жюри. Этим он сказал: "Вы можете оценить мою технику, но вы не можете судить о моем искусстве, поскольку только я могу видеть то, что я вижу". Если бы он послал картину, это бы означало, что реальность духа зависит от материи.

До сих пор у вас не должно было возникать трудностей с тем, о чем я говорю. Однако теперь, когда я говорю вам, что духовные реальности не являются просто наборами изолированных качеств, а представляют собой сложные и высоко интегрированные системы, но при этом не существуют в материальном смысле, вы, возможно, не совсем понимаете, что я имею в виду. Если я спрошу вас, где был круг Джотто, до того, как он нарисовал его, вы, вероятно, ответите, что он был в воображении Джотто, или, что его вообще не было. На самом деле, кругу не нужно было воображение Джотто, для того чтобы быть самим собой. Он был и всегда будет духовным качеством круглости. Каким бы простым качеством нам ни казалась круглость, если вы поразмыслите над ней, то обнаружите целый мир, мир кругов.

Платон запутал всех нас своей теорией eidos, или идей. Он утверждал, что именно идеи являются реальностью, а материальные формы представляют собой лишь их копии. Он бы, наверное, сказал, что Джотто увидел "идею" круга и показал, что способен безупречно скопировать ее. Тем не менее, это имеет отношение к понятию формы, а не к качествам, и уж тем более, не к сложной структуре качеств.

Мой собственный опыт подсказывает мне, что качества организованы в структуры, и что эти структуры являются "духовными реальностями". У них есть, по крайней мере, одно очевидное свойство – способность организовывать материю, которая, как вы помните, включает в себя ощущения, мысли, сознательность и все, что образует четыре самости. Эти "духовные реальности" можно также назвать духовными существами.

В каждой традиции есть учение о духовных существах, не материальных, но, все же, реальных. Их называют ангелами, дэвами, джинами, духовными сущностями и т. д. Мы больше привыкли называть их ангелами, и Христианство учит нас, что каждому человеку дан Ангел Хранитель, который защищает и направляет нас в нашей жизни. У меня нет никаких сомнений в правдивости этого учения. Печально только, что люди стараются представить его слишком материалистично. Иначе говоря, Ангела Хранителя обычно представляют себе, как некое прекрасное существо, витающее вокруг нас в "духовном теле", которого мы не видим. Ангел Хранитель, насколько можно судить, является духовной природой, которая связана с нашей собственной природой, но не входит в состав нашей самости.

Я могу показать вам место Ангелов Хранителей и других духовных сущностей на нашем символе (рис. 8).

Ангельские Природы

Душа


Разделенная Самость


Реагирующая Самость

Материальная Самость

Рис. 8. Место Ангелов

Ангел Хранитель побуждает каждого из нас к духовности, и наделяет каждого из нас паттерном духовной жизни. Если бы мы осознавали это и прислушивались, то получали бы он него силу и руководство. Не смотря на все ошибки, которые человек совершает в своей жизни, Ангел Хранитель, все же хранит его судьбу и наставляет его. Он всегда оставляет открытым путь, по которому человеку следует идти, и оставляет ему возможность всегда вернуться на этот путь, даже если человек давно уже сошел с него. Я думаю, что именно так следует представлять себе Ангела Хранителя, поскольку по своей природе он вечен и не изменяется со временем. Он всегда остается собой и всегда пребывает с нами. То, что он хранит для нас, то, что он оберегает, со временем не изменяется.

Можно проиллюстрировать это следующим образом. На Востоке очень распространено ткацкое ремесло. Часто целые деревни ткут ковры вручную. Когда люди сидят за большим полотном и ткут ковер, кто-нибудь, обычно ребенок, стоит перед ними и держит паттерн ковра, то есть модель его узора. Таким образом, каждый может проверить, правильный ли цвет использует. Если кто-нибудь забывает, каким должен быть следующий узел, всегда можно свериться с паттерном. Ребенок все время держит паттерн ковра у всех перед глазами. Впрочем, это не означает, что он защищает ткущих от ошибок, и если они не будут смотреть на паттерн, то наверняка будут ошибаться. На мой взгляд, примерно так же дело обстоит и с Ангелом Хранителем.

Я уверен, если вы немного поразмыслите над этим, то согласитесь, что, хотя вы и довольно часто использовали слова "материальный" и "духовный" и, возможно, даже думали, что понимаете их смысл, вы, на самом деле, не определяли для себя разницу между этими двумя понятиями. Для меня это представляло колоссальную трудность, пока все не стало проясняться из моего собственного опыта. Раньше я считал духовность той же материальностью, просто в боле тонком состоянии. Можно было бы, например, предположить, что сознательность духовна, и что, если бы была возможность представить "чистую сознательность", то это и было бы чистой духовностью. Однако все не так просто. Какой бы тонкой не была материя, она остается материей. Дух, каким бы индивидуализированным и сфокусированным он не был, все же, остается духом и по своей природе отличается от материи. Количество всегда остается количеством и никогда не переходит в качество; качество всегда остается качеством и никогда не переходит в количество. Факты всегда остаются фактами и никогда не превращаются в ценности; ценности всегда остаются ценностями и никогда не превращаются в факты.

Все ценности относятся к духовному миру; все факты относятся к миру материальному, и поэтому все, что может быть познано посредством ощущений, является фактом. Дух нельзя познать; он движет нами и определяет наши очертания. Говоря, что "духовной природой сахара является сладость" вы понимаете, что ее нельзя измерить. От того, что вы возьмете больше сахара, сладость не увеличится. В силу своей природы, мы можем знать сладость, только, пробуя на вкус сладкую пищу, но могут быть и другие природы, способные воспринимать сладость как качество, не контактируя с материей. Я привел этот пример исключительно как аналогию, поскольку сладость является рудиментарным духовным качеством. Давайте рассмотрим такое высокое духовное качество, как Правда. У нас есть представление о Правде, потому что мы знаем вещи, которые правдивы – правдивые утверждения, правдивых людей, правдоподобные ситуации и т. д. Мы не знаем саму по себе Правду. Это не означает, что Правды нет, если нет ничего правдивого. Правда есть, даже когда все вокруг фальшиво. Каким же образом? Что-то говорит в нас: "Она должна быть", не "я знаю, она должна быть", а "она должна быть".

Все обязанности и все долженствования исходят от духа. В материальном мире нет долженствований: все объекты такие, какие они есть. Они функционируют благодаря импульсам и силам, действующим в них. Но, как только вы входите в духовный мир, вы сталкиваетесь с долженствованием: "все должно быть именно так", "правда есть, потому что она должна быть", "любовь есть, потому что она должна быть", "Вера реальна, не потому что мы можем потрогать, знать или понимать ее, а потому что она должна быть".

Именно поэтому мы говорим об Ангеле Хранителе как о зеркале нашего долга. Наш Ангел Хранитель держит перед нами паттерн, показывающий, какой должна быть жизнь, и если мы постоянно сверяемся с ним, то никогда не собьемся с пути. Думаю, что теперь вы лучше понимаете, что я имею в виду, когда говорю о духовном мире, мире ценностей, качеств и обязанностей, и чем он отличается от мира фактов, форм, материи, энергий, а также самостей и их возможностей.

Я завел речь об Ангелах Хранителях сегодня утром, чтобы вы лучше понимали, что имеется в виду под духовными существами. Нужно также помнить и то, что было сказано по поводу Разума и Интеллекта. Интеллект – это инструмент, который позволяет непосредственно воспринимать духовные реальности. Не следует забывать, однако, что все знакомые с интеллектом или его эквивалентами в других системах, предупреждают, что возможность использовать этот инструмент дана не многим. Большинство из нас может надеяться лишь на редкие проблески озарения и на трудоемкие достижения Разума. Я, конечно, говорю о чистых духовных реальностях, а не об их проявлениях в комплексе с материей.

Теперь давайте займемся заданием на день. Я предложу вам упражнение, которое, надеюсь, будет для вас полезным. Выберите какое-нибудь качество, посидите спокойно несколько минут и отгоните все материальные ассоциации. Возьмите, например, желтый цвет. Это заставит вас представить какой-то желтый предмет, желтый цветок или просто желтое пятно на стене. Отгоните все эти образы. Тогда ваш ум, вероятно, ухватится за волновую природу света. Вы, возможно, знакомы с физикой или теориями цветового зрения. Выкиньте все это из головы. Гоните прочь любой образ или мысль, которые будут приходить к вам. Постарайтесь заострить свое внимание на желтом. Если вы будете упорно стараться, то обнаружите проблески реальности в чистой желтизне желтого. Затем перейдите к более глубокому качеству, такому как честность. Прогоните прочь все образы честных людей и честных поступков. Прогоните прочь мораль и заповеди. Избавьтесь от всего, что несет в себе признаки материальности, и останьтесь наедине с честностью.

Если вы попытаетесь выполнить это упражнение два-три раза за день, вы поймете, что я имею в виду. Только я предупреждаю вас: бессмысленно притворяться и обманывать себя. Должно быть искреннее стремление добраться до Ценности, без помощи Фактов.


Переход от самости к духу для студентов оказался не таким трудным, как я ожидал, и во время перерывов были слышны оживленные дискуссии. Некоторые вопросы и наблюдения, высказанные вечером, показали, что, по крайней мере, некоторые действительно поняли обсуждавшиеся различия.

В. – Я обнаружил, что одна из трудностей, стоящих на пути к контакту с духовным миром, заключается в определенном отличии акта сознательности. Для этого контакта необходимо быть пассивно сознательным. Вместо того чтобы быть активно сознательным только по отношению к низшим мирам, я пытался быть активно сознательным и по отношению к высшему духовному миру.

Дж. Г. Б. – Вы говорите обо очень важном обстоятельстве, которое практически невозможно выразить словами. Нельзя проникнуть в духовный мир при помощи акта сознательности. Долгие годы я не понимал этого. Я помню, как часто приходил к полной пустоте, видел только пустую темноту и удивлялся, почему ничего не получалось.

Мне колоссально помогли разобраться в этом вопросе беседы с Шивапури Бабой, которые мне посчастливилось иметь в этом и прошлом году. Он говорил с позиции непосредственного опыта, в чем я ни на йоту не сомневаюсь. Превыше всего остального он ставил "Знание Бога". Безусловно, он имел в виду не то знание, к которому можно прийти посредством Разума. Он говорил о Высшем даре Интеллекта. Я никак не мог понять этого, пока в одной из бесед он не сказал мне, что я "обволок себя сознательностью. Именно сознательность мешает тебе увидеть Бога. Отбрось на мгновение сознательность, и ты увидишь Бога". Все это производит поразительное впечатление, если ты привык считать Бога Высшей Сознательностью или полагал, что можно достичь Бога благодаря расширению сознательности. На самом же деле, при переходе от материального к духовному миру слово "сознательность" должно менять свое значение. Кроме того, меня всегда поражали упоминания о Темной Ночи в работах таких мистиков, как Св. Иоанн Крестовый. Я уже говорил о термине Sushupti, который используется в йоге для описания "глубокой бессознательности", в которую входит йог. Все эти описания, безусловно, основаны на реальном опыте многих людей. Иначе говоря, то, что вы называете "активной сознательностью", может привести нас лишь к центральной точке. Затем следует превращение "сознательности в отношении чего-то" в "окутывание сознательностью". В этом случае, сознательность перестает быть "нашей сознательностью".

В. – Когда мы видим что-то красивое, пассивность нашей сознательности, пассивная часть акта зрения, трансформирует это в нечто красивое. Мне кажется, можно усмотреть здесь определенную аналогию: есть состояние, когда мы сами проникаем во что-то, а есть состояние, в котором мы играем пассивную роль.

Дж. Г. Б. – Конечно. В этом вопросе нам может очень помочь опыт Субуда. Из него мы узнаем, что неделанье может быть полезным, и что бессознательность может проникнуть глубже сознательности.

То, что вы говорите, напомнило мне о наблюдении, сделанным одним из членов группы, к которой я много лет назад принадлежал. Оно настолько поразило меня, что я никогда его не забуду. Анри Трако рассказал о том, что неожиданно почувствовал переворот в состоянии самонаблюдения. Вместо осведомленности о наблюдении за собой, он пришел к осведомленности о том, что за ним ведется наблюдение. Трако сказал по-французски следующее: "Au lieu de voir, ce fut l'йtat d'кtre vu" – из наблюдающего я сам превратился в объект наблюдения.

Это напрямую связано с тем, что вы говорите, и поможет нам понять связь с духовным миром. Итак, здесь мы имеем дело со своего рода переворотом. Иногда очень важные слова остаются без нашего внимания, поскольку мы не знаем, к чему их можно отнести. Они кажутся нам риторическими, хотя, на самом деле, являются очень важными попытками донести до нас что-то. Наверное, всем известны слова Св. Ап. Павла о вере: "Я буду знать, как и сам буду знаемым". Вероятнее всего, вы никогда не задумывались над этими словами. На самом же деле, это потрясающее высказывание, которое лишний раз подтверждает, насколько глубоко он знал духовный мир, где состояние познавания и состояние познаваемости перестают различаться между собой. Для нас они сильно отличаются друг от друга, хотя мы и можем значительно приблизиться к тому состоянию, когда познавание и познаваемость начинают сходиться. Такое состояние может возникнуть во взаимоотношениях между людьми. Бывает, что человек не способен сказать, знает ли он, или знают его. Все это сильно отличается от наших обычных отношений, когда субъект и объект кажутся разделенными изнутри.

В. – В той части, которая относится к "Я", люди будут различаться между собой, как люди, то есть, по своему характеру, по тому, что они заключают в себе. Однако все мы равны перед Богом.

Дж. Г. Б. – Да, совершенно верно. Правда, если вы имеете в виду пятый уровень, то к нему это не относится. Там, где есть деление на высшее и низшее, не может быть равенства, так как одна часть будут выше, а другая – ниже. Равенство может быть только там, где нет подобного деления. Говоря об уровнях высших и низших существ, мы должны признать, что второй уровень выше первого, третий уровень выше второго, а четвертый уровень выше третьего. Для той сферы, о которой мы с вами сейчас говорим, как раз таки, характерна такая иерархия, хотя, скорее, с точки зрения глубины, а не высоты. Часть людей занимает более ответственное положение, по отношению к целому, и несет бульшую ответственность за выполнение задачи, ради которой мы все существуем. Чем больше ответственность, тем выше требования, и поэтому, чем выше положение, тем сложнее его занимать. На это способно меньше людей; в то же время, потребность в таких людях тоже меньше.

И все же, вы отметили исключительно важное обстоятельство. Хорошо, что речь о нем зашла сегодня, хотя это больше относится к нашей завтрашней теме, связи между "Я" и "Волей".

В. – Означает ли это, что ниже пятого уровня нет ответственных существ?

Дж. Г. Б. – Не совсем так. Я сказал лишь, что есть различные степени ответственности. Для того чтобы быть ответственным, нужно, по меньшей мере, быть чувствительным. Таким образом, человек становится ответственным, когда его чувствительность достигает степени организации, при которой она перестает полностью зависеть от каждого внешнего импульса. На каждой следующей стадии трансформации, ответственность становится глубже и интенсивнее. Быть ответственным значит отвечать за то, что не может отвечать само за себя. Мы ответственны за инертную материю, то есть, за материальные объекты, за растения, за животных, за собственный организм, за других людей, если, конечно, способны чувствовать их реальные потребности, а не придумывать их.

Материальная самость ответственна за все в материальном мире, поскольку является высшей формой существования в материальном мире. Вместе с тем, она не несет ответственности за происходящее в высших мирах, поскольку не имеет над ними власти. Вторая, реагирующая самость, полностью освободившись от материальных воздействий, становится ответственной за свой собственный мир, а также, безусловно, за нижележащий уровень. Таков общий принцип ответственности. На каждом уровне самость ответственна за то, что творится снаружи, но не несет ответственности за происходящее внутри, так как не понимает и не способна делать то, что требуется более тонким мирам.

В. – Не могли бы вы сказать, что в нас контролирует все это? Каким образом то, что вы рассказываете о Разуме и Интеллекте, можно сопоставить с учением Гурджиева о высших и низших центрах?

Дж. Г. Б. – Я попытаюсь ответить на ваш вопрос, причем и для себя тоже. Слово "центр", в данном случае, означает мозг или ум, который контролирует какую-либо отдельную функцию человека. Поскольку есть семь основных функций, должно быть также и сем центров. Человек думает, значит должен существовать мыслительный центр. Мы используем свой организм, для того чтобы воздействовать на материальный мир посредством движений, значит должен быть и двигательный центр. У Гурджиева можно найти названия всех Семи Центров:

VII Высший Интеллектуальный Центр

VI Высший Эмоциональный Центр

V Сексуальный Центр

IV Мыслительный Центр

III Эмоциональный Центр

II Двигательный Центр

I Инстинктивный Центр

Первые четыре центра, от Инстинктивного, до Мыслительного, являются инструментами знания и действия в нашей повседневной жизни. Они могут работать хорошо или плохо, и, кроме того, как мы выяснили, обсуждая "самости", они работают по-разному, в зависимости от того, какая из четырех самостей их использует. Сексуальный Центр занимает особое положение, так как секс является функцией Истинной Самости. Для своего выражения, сексуальная сила должна использовать обычные функции, но ее настоящая природа раскрывается только в союзе душ мужа и жены. Таким образом, можно сказать, что сексуальный центр стоит между духом и материей, или, по крайней мере, должен занимать это положение. Когда мы позволяем низшим уровням нашей природы властвовать над сексуальной функцией, неизбежно появляются разного рода неполадки. Я думаю, вас не удивит, что есть секс материальной самости – чисто физический; секс реагирующей самости – любовь и ненависть; секс разделенной самости – стремление к власти или подчинению; и, наконец, секс Истинной Самости, который может обернуться наиболее страшным и разрушительным эгоизмом, а может быть и истинным союзом душ мужчины и женщины.

Далее следуют так называемые "Высшие Центры". Судя по тому, как Гурджиев описывает эти центры и их работу, они должны соответствовать, как мы бы сказали, духовным силам. Высший Эмоциональный Центр относится к духовной части Истинной Самости – верхней половине круга в центре нашего символа. Он является пределом возможностей человеческого Разума. Высший Интеллектуальный Центр, вне всяких сомнений, соответствует Интеллекту Св. Фомы Аквинского. По-видимому, только Высший Интеллектуальный Центр способен воспринимать духовные реальности непосредственно. Гурджиев утверждал то же самое. Он говорил также, что полноценная и сознательная работа Высшего Интеллектуального Центра возможна только в случае Человека № 6 или № 7. Мы с вами вскоре вернемся к этой теме.

В. – Скажите, в большей ли степени люди более высоких уровней уверены в существовании Бога?

Дж. Г. Б. – Очень хорошее замечание. Я думаю, можно сказать следующее: первые четыре самости могут иметь различную степень знания и понимания. Материальная самость может знать о Боге лишь теоретически, у нее нет ощущения реальности Бога. В случае второй самости, это уже не просто теория; что-то чувствует приближение к Богу и удаление от Бога. Реагирующая самость может обладать подлинным ощущением правильности и неправильности, и вместе с ним приходит также и определенное ощущение реальности Бога. Третья самость подходит еще ближе, гораздо ближе. У очистившейся Разделенной Самости есть понимание Истины. Такой человек знает, что Бог должен существовать.

В. – Не на пятом ли уровне происходит изменение направления, приходит некий опыт, возникает что-то, что слегка изменяет направление жизни в сторону Бога? Кажется, что есть две стороны: одна, восходящая куда-то высоко вверх, к тому, чего мы не можем понять; другая сторона – это наша жизнь. Какое-то руководство проникает в нашу жизнь и направляет ее к Богу.

Дж. Г. Б. – Да, это должно быть именно так. Учение об Ангеле Хранителе, о котором я говорил сегодня утром, поможет нам разобраться с пятым уровнем. Из этого учения следует, что определенное духовное существо каким-то образом очень тесно связано с каждым из нас, и что это существо может служить связующим звеном между нашими "самостями" и тем, что нам совершенно недоступно. Таким образом, Ангел Хранитель является для каждого из нас индивидуальным источником духовных влияний. Эти влияния распространяются по каналам различных самостей, достигая нашего обычного сознания, и после нескольких подобных опытов оно обретает тенденцию искать чего-то, что, поначалу, может быть вовсе не похоже на стремление к Богу. На первых порах, может просто ощущаться потребность, потребность иметь в жизни нечто большее, чем то, что можно получить от материального мира, от телесного и чувственного восприятия. В силу неутешительного состояния промежуточных самостей, влияние Ангела Хранителя может оставаться безответным и вообще не играть никакой роли в жизни человека, как если бы он был отрезан от источника. Тем не менее, Ангел Хранитель есть у каждого человека, и, по-видимому, в жизни каждого человека бывают моменты, когда он ощущает его влияние. Некоторым людям, в этом смысле, везет, и они ощущают это влияние настолько отчетливо, что не могут успокоиться, пока не доберутся до духовной реальности.

В. – Не является ли Ангел Хранитель одной из наших высших самостей? Меня всегда это вводило в сомнение.

Дж. Г. Б. – Нет, это не одно и то же. Ангел, хотя и не материален, все же, является существом, а одно существо всегда отличается от другого. В то же время, между Ангелом Хранителем и человеком возникает очень тесная связь, поскольку он являет собой идеальный характер, которому должна соответствовать наша природа. Мы можем состоять в разных отношениях с этим идеалом: он может быть "вне" или "внутри" нас. Пока мы живем на нижних уровнях нашей природы, Ангел Хранитель остается вне нас, как духовное существо рядом с нашим материальным организмом. Именно таким образом мы воспринимаем это, когда наступает момент пробуждения, и мы начинаем осознавать присутствие Ангела Хранителя, как если бы какой-то посторонний голос говорил нам что-то. Это происходит, потому что велико расстояние, отделяющее три низшие самости от духовных природ.

Как мы выяснили, истинная самость человека также включает в себя духовную природу. Я думаю, что когда человек достигает своего центра, Ангел Хранитель получает возможность войти в него, вместо того, чтобы стоять подле. Он может объединиться с человеком и стать его ближайшим вечным спутником. Объединение Ангела Хранителя с человеком имеет отношение ко всему процессу трансформации человека.

В. – Можно ли сопоставить Ангела Хранителя с Великой Силой Жизни, имеющей место в латихане? Можно ли сказать, что когда мы тестируем и получаем ответ, нам помогает именно Ангел Хранитель?

Дж. Г. Б. – По-видимому, когда мы получаем руководство, важное и необходимое для нашей жизни, оно доходит до нас посредством личной помощи Ангела Хранителя. Он служит нам связью с духовным миром. Давайте теперь посмотрим, что говорит по этому поводу Пак Субух, основываясь на опыте Субуда. Я заметил, что он иногда говорит что-то необычайно важное, как-то вдруг, и, казалось бы, вне контекста. Это одна из причин, по которым следует записывать то, что он говорит. Очень часто он неоднократно повторяет вещи, известные из различных традиций, но иногда от него можно услышать нечто совершенно иное, по-видимому, исходящее непосредственно от источника духовного понимания, вне какой-либо традиции.

Однажды я был очень удивлен, услышав от него, что открытие совершается ангелом, и что этот ангел Рох Рохани. В то же время, термин Рох Рохани Пак Субух использует в отношении пятой природы. Если вы заметили, это единственное название из шести, где существительное и прилагательное совпадают; Рох Рохани можно перевести, как "духовный дух". Он сказал, что во время открытия мы получаем контакт с Рох Рохани, и именно Рох Рохани в дальнейшем направляет латихан, а также определяет индивидуальную форму самого латихана и его дальнейшей трансформации.

Я многое для себя отметил, в связи с этим его высказыванием. Нужно быть очень аккуратным в использовании слов. Например, в книге О Субуде я, в свое время, поспешил сказать, что именно Святой Дух открывает нас. Я сделал такой вывод из слов Рох-el-Kudus, прозвучавших на индонезийском. Буквально это означает "Святой Дух". Позже Пак Субух объяснил, что подразумевал под этим всего лишь ангельский дух или силу. Хороший пример того, с кокой осторожностью нужно брать слова из одной традиции и переводить их на язык другой. С точки зрения богословия, в особенности, Католического, вполне очевидно, что открытие не может производиться Святым Духом. В противном случае оно было бы сверхъестественным. В то же время, Рох Рохани, хотя и является духовной природой, все же не выходит за рамки естественного, то есть, сотворенного. Все это мне также помогло понять, почему воздействие Субуда настолько индивидуально, и почему у каждого из нас есть свой паттерн. Тем не менее, хотя латихан направляется духовной силой, которая точно соответствует нашим потребностям, изъяны четырех частей нашей природы могут нарушить ее работу и привести к катастрофическим результатам. На этот риск приходится идти.

Думаю, мы можем заключить, что каждый человек обладает духовной природой, соответствующей пятой природе. Можно называть ее просто духом человека. Мы привыкли говорить, что человек включает в себя три природы: тело, душу и дух, однако, лишь очень не многие могут объяснить разницу между духом и душой. Эти два слова иногда даже используются как синонимы. Долгое время я не мог понять, что имеется в виду под духом. Разобраться в этом вопросе мне помогли два обстоятельства: во-первых, Св. Фома Аквинский говорит, что Дух и Интеллект это одно и то же. Интеллект является духом человека и его следует отличать от anima, или души. Во-вторых, как я уже говорил, Пак Субух утверждает, что открытие совершается посредством Рох Рохани, духовной природы, индивидуальной для каждого из нас. Теперь мне ясно, что духовная природа человека представляет собой вполне конкретную его часть, которая несет в себе паттерн его возможностей – potentia, как сказал бы Св. Фома. Она не материальна и не является самостью. Последнее обстоятельство имеет большое значение. Из него следует, что дух не существует, как существует материя. Об этом же я писал и в Драматической Вселенной, в связи с Самостью и Индивидуальностью. Таким образом, каждый человек обладает духовной, также как и материальной природой, и мы можем конкретно говорить о духе, отличая его от души и самостей. Самости можно рассматривать как телесные силы. Я не могу не подчеркнуть здесь же, что ни один из этих трех элементов не является собственно человеком. Мы говорим о его теле, его душе и его духе. Кто же он, обладатель этих трех частей? Не забывайте об этом вопросе, поскольку мы будем отвечать на него завтра.

Однако мы должны вернуться к духу и определить различия между духом как паттерном потенциальностей, и духом, реализованным и объединенным с душой. Только в последнем случае можно говорить о человеке пятого уровня, Человеке № 6 по Гурджиеву или пятом человеке – Рох Рохани по Паку Субуху.

Пак Субух постоянно подчеркивал, что пятый уровень очень высок, что лишь очень немногие люди соответствуют пятой природе, или уровню. Казалось бы, здесь есть противоречие, поскольку все люди обладают духовной природой. Я постарался описать вам две ситуации, в первой из которых духовная сила воздействует на человека, а во второй – объединяется с ним. Условием такого объединения с духовной силой является наша подготовленность. Оно не может произойти, как полагается, пока Истинная Самость человека не очистится, прежде всего, от эгоизма. Я думаю, многие из вас помнят проникновение этой силы, пусть даже на мгновение. Все, вдруг, становится иным. Но место не подготовлено должным образом, и дух не может остаться.

Мистическая жизнь человека состоит из трех стадий: стадии очищения, стадии озарения и стадии объединения. На первой стадии внутренняя природа человека проходит подготовку; она очищается и увеличивается. Возникает много состояний замешательства, происходит много падений и взлетов, по мере того, как процесс протекает в низших частях природы человека. Но приходит время, и душа начинает открываться. Затем наступает стадия озарения, когда человек начинает видеть духовно. Это в корне отличается от воодушевляющего опыта, который может быть на первой стадии, и больше связан с тем, что я раньше охарактеризовал как переворот сознательности. Когда же душа окончательно очищается, пятая, или духовная, сила способна войти и трансформировать ее. Происходит переход от состояния отделенности к состоянию, в котором возможно непосредственное участие в духовной реальности. Если душа еще окончательно не освободилась от эгоизма, то такое состояние может продолжаться лишь некоторое время.

Может даже произойти довольно безрадостный переворот, когда кажется, что все исчезло, но нет никакого ощущения духовной реальности. Чередование светлых и унылых состояний вообще характерно для этой промежуточной стадии. На последней стадии центр полностью пуст и нет больше никакого эгоизма. Тогда дух может войти, и душа станет его постоянным пристанищем. Вряд ли мне нужно объяснять тем, кто практикует Субуд, с какой осторожностью следует интерпретировать опыт, который может казаться относящимся к той или иной стадии. Именно для этого больше всего и нужна Духовная Психология. До тех пор, пока не происходит ничего серьезного в подсознательных частях внутренней природы человека, о состоянии души можно судить по внешнему поведению. Все меняется, как только очищение переходит определенные границы. Следует постоянно иметь в виду, что риск самообмана в духовных вопросах есть на любом пути, и, в конце концов, единственным надежным средством является смирение. Знания, даже самые точные, могут подвести нас, желание самосовершенствоваться может глубоко уходить корнями в эгоизм; даже любовь к Богу может быть насквозь пропитанной самолюбием. Если вы хотите понять, каким образом подобные же проблемы могут возникать у людей сугубо религиозных, я бы посоветовал вам изучить духовные наставления Св. Игнатия Лойолы.

В. – Как быть с теми людьми, которые сознательно отрицают Бога, или проповедуют иллюзорность духовных сил, но, в то же время, ведут жизнь настоящих людей, полных сострадания, и обладают большим чувством ответственности?

Дж. Г. Б. – Есть по-настоящему духовные люди, которые отрицают Бога только потому, что слово "Бог" для них не символизирует Бога. Вместе с тем, они могут знать Бога превыше всяких слов. Их могли запутать ложные учения, или они не знают, как интерпретировать собственные духовные стремления. И все же, если они следуют им, то могут достичь единства души и духа, и даже быть святыми.

В. – Кого следует называть святым?

Дж. Г. Б. – Святой – это человек, полностью и навсегда освободившийся от эгоизма. Когда человек освобождается от эгоизма, духовная сила пятого уровня входит в его душу и объединяется с ней. Тогда, творческая энергия переходит под полный контроль духовной силы. Такая душа может быть инструментом для совершения чудес и духовного пробуждения других людей. Короче говоря, святой – это человек пятого уровня бытия.

В. – Правильно ли я понял, что пятый уровень является пределом наших усилий, и дальше можно только стучаться в дверь.

Дж. Г. Б. – Да, максимум, чего может добиться человек, даже при наиболее благоприятных условиях – это открыть вход духовным качествам. Даже самый праведный человек не способен выйти за рамки собственной души. Центральная точка нашего символа обозначает предел того, чего человек способен добиться своими собственными усилиями. Он может только дойти до нее, он не способен освободить ее от собственного эгоизма. Без Благодати Божьей Человек не способен войти в духовный мир, если вообще не оставит мир материи. Это возможно только в случае полностью очистившейся души. Все могут получить помощь от духа, однако, как Св. Ап. Павел убедительно говорит в описании Charismata, или духовных даров, они распределяются не поровну. В связи с этим, некоторые люди жалуются на "несправедливость" и спрашивают: "Почему некоторые получают их, а другие нет?" На этот вопрос можно ответить, но, только, принимая во внимание, что этим дело не заканчивается.

Пак Субух говорил, что очищение заканчивается очищением человеческой самости. Венцом очищения является изгнание эгоизма. С изгнанием эгоизма из самости, она становится святой душой. Дальше ничего уже сделать нельзя. Тем не менее, с другой стороны, многое еще должно произойти, поскольку, когда очищенный сосуд достаточно подготовлен, то, что требуется, может войти в него. В такой сосуд может войти духовная природа, превосходящая человеческую. Так происходит освящение людей, в чьи чистые души вошла духовная природа.

Итак, к настоящему моменту мы выяснили, что, с позиции нашей собственной природы, венцом достижений является очищение внутренней самости. В итоге, наступает состояние внутренней чистоты, или пустоты. У души нет возможности решать, что должно заполнить эту пустоту. Предположим, что душа была избрана в качестве вместилища для духовной природы шестого порядка. Душа свободна. Она может принимать или отвергать то, что с ней происходит. Хотя душа и не способна сама внедрять в себя духовную природу, она может отказаться впустить ее.

В. – Когда Моисей сказал, что не будет говорить, означало ли это, что Аарон должен был реализовать свои возможности?

Дж. Г. Б. – Я думаю, что подобные ключевые ситуации всегда предназначены для решения особых задач. Задача, которую должен был решить Моисей, отличалась от задачи Аарона, но он не мог решить ее без Аарона.

В связи с этим, я должен сказать несколько слов об одном из наиболее важных принципов духовного мира. Не существует духовных дублей. Все духовное уникально. Вы поймете это лучше, если поразмыслите над природой качеств. Каждое качество уникально. Не может быть двух идентичных качеств даже среди тех, которые связаны с материальными объектами, например среди цветов и фигур. Есть только одна форма квадрата и только один синий цвет. Безусловно, существуют квадраты из различных материалов и различных размеров, а также различные оттенки синего, но "квадрат" и "синий цвет" нельзя мыслить с точки зрения единства или множественности.

Конечно же, это всего лишь аналогия, которую я привел, для того чтобы вы лучше понимали тему нашей беседы. "Квадрат" и "синий цвет" не являются настоящими духовными качествами, если, конечно, мы не сможем полностью отделить их от материальных объектов или ментальных образов. Если вы попытались выполнить предложенное мной упражнение, то понимаете, что это выходит за рамки наших возможностей.

Вместе с тем, есть и подлинные духовные качества, о которых мы довольно часто говорим, такие как вера, послушание, терпение и надежда. В книге О Субуде я назвал их Священными Импульсами, и считаю это название вполне подходящим. Священные, потому что относятся к духовному миру, а импульсы, так как организуют и направляют душу, которая отзывается на них. Когда эти духовные качества, или духовные импульсы, комбинируются в паттерн, мы можем назвать это духовным потенциалом. У каждого человека есть такой паттерн. Это его Дух. Каждый такой паттерн уникален. Невозможно создать несколько идентичных паттернов, кроме как в материальном мире, где они ограничены во времени и в пространстве, а также изнашиваются. В то же время, паттерн произведения искусства, например сонета, уникален. Как бы много не было написано сонетов, все они состоят из четырнадцати строк, и все они написаны ямбическим пентаметром. Но даже это слишком "материалистичная" аналогия. Можно привести в пример характер, который определяется Разделенной Самостью. Характер является паттерном, но это, все же, материальный паттерн, даже если "материальность" желаний очень тонка и значительно выходит за рамки чувствительности. Духовный же паттерн – это нечто другое. Он не характеризует нас как существующих на данный момент, а определяет то, чем мы можем быть потенциально. Он представляет собой комбинацию качеств, которыми мы можем обладать в нашей жизни.

Важно то, что этот духовный паттерн уникален, даже на пятом уровне, где он связан с индивидуальными существами. Вне всяких сомнений, именно поэтому про дух человека говорят, что он уникален, и что он коренным образом отличается от телесных свойств.

Кроме того, по этой же причине, говорят, что каждый ангел уникален. Схоластические философы говорят так: "ангельские сущности делятся на рода, каждый из которых включает в себя по одному ангелу". Другими словами, это означает, что каждый ангел является уникальным паттерном духовных качеств, который никогда не повторяется. Этот паттерн вечен и неразрушим, поскольку не вовлечен в условия существования материи. Духовная сущность человека также уникальна, но она предназначена для других целей, поскольку должна внедриться в существование. Тела и их функции построены по одному основному паттерну, и с этой точки зрения все люди похожи друг на друга. Они "построены по одному паттерну". Что же касается духовной природы людей, то каждая из них уникальна, так как у каждого человека своя собственная судьба, и такой же судьбы нет больше ни у одного существа во всей вселенной. То, каким образом реализуется эта судьба, зависит от нескольких факторов помимо духовного паттерна, единственного "предуготованного" элемента.

На сколько можно судить, в случае особенных духовных паттернов, предуготованных для людей с особой ролью в истории, появляются также и особые условия существования для соответствующего формирования самости. Безусловно, для того чтобы душа могла выдержать груз великой исторической роли, она должна быть очень сильной. Может произойти так, что человек, на определенном уровне, обычно на уровне Разделенной Самости, подпадает под власть тех сил, которые вместо подготовки к победе над эгоизмом, напротив, укрепляют его, практически не оставляя шансов спастись. Развиваясь в таких условиях, душа может обрести колоссальные возможности, но теряет связь с духовным паттерном. Именно так появляются тираны и диктаторы; вы без труда узнаете в них Хаснамуссов, о которых речь шла вчера.

Поэтому, не нужно думать, что людям, обладающим особым паттерном духовных качеств, гарантирована святость. У каждой человеческой судьбы есть подводные камни, но, по-видимому, они наиболее опасны, в случае, когда духовная сущность богата качествами. Наш символ поможет вам понять смысл всех странных и удивительных, а также всех, казалось бы, заурядных жизней, которыми живут люди на этой Земле.

Прежде, чем оставить тему чистых духовных сущностей, я должен сказать еще несколько слов по поводу природы ангелов. Возможно, я создал впечатление изолированности: каждый ангел является отдельным паттерном духовных качеств, уникальным и одиноким, не способный войти в существование или изменить свою ситуацию. Безусловно, ангелы представляют для нас загадку. Даже если мы иногда их и видим, а я уверен, что видел их, мы видим лишь временную материальную форму, которую они принимают, для того чтобы стать видимыми человеку. Иногда мы их не видим, но чувствуем их присутствие. Однако все эти ангельские "проявления" ничего не говорят нам о настоящей природе ангелов. Только наш разум дает нам уверенность в том, что есть духовные качества, только наш разум может заключить, что должны быть ангелы. Интеллект, войдя в очистившуюся душу, способен перенести ее в ангельские миры, чтобы она могла узнать о них больше. Но даже без этого, мы можем быть уверены, что ангелы взаимодействуют между собой и образуют комбинации качеств, которыми регулируется судьба вселенной. Выражение "ангельский хор" является отнюдь не пустой риторикой, а отражением исключительно важного аспекта духовного мира.

В. – Все ли люди пятого уровня добры?

Дж. Г. Б. – Ни одна духовная сущность не совершенна, за исключением тех, которые принадлежат к седьмому уровню совершенно чистых сущностей, о которых я, может быть, расскажу в конце сегодняшней беседы. Все остальные духовные сущности еще не достигли целостности, и потому несовершенны. Несовершенное не может быть совершенно хорошим. Если мы верим (поскольку этого нельзя знать), что в духовном мире есть свобода, то, очевидно, комбинация свободы и несовершенности должна неизбежно приводить к наличию греха. Религия говорит нам о существовании падших ангелов, и что, следовательно, грех впервые появился не в материальном мире, а в духовном.

Итак, если есть злые духовные существа, значит, вероятно, есть и люди, чьи духовные силы соответствуют этим уровням, и могут быть частично или даже полностью злыми. В то же время, хочу еще раз напомнить вам, что все это относится к уровням, которые мы не способны познавать при помощи наших обычных способов восприятия и мышления. Даже очистившийся Разум может понимать только принципиальные основы природы духовных сущностей, и не может воспринимать ее непосредственно. На это способен только Интеллект, или Высший Интеллектуальный Центр, как его называет Гурджиев.

В. – Уместно ли говорить в данном случае о коллективной или единой великой человеческой душе?

Дж. Г. Б. – Да, я думаю, что далее мы, как раз, и займемся этим вопросом. Мне кажется, это могло бы относиться к таким великим пророкам, или посланникам Божьим, как Авраам, Моисей, Иоанн Креститель. Думаю, большинство людей согласится, что Будда и Мохаммед, основатели двух великих мировых религий, относятся к той же категории духовных сущностей. Тем не менее, сразу хочу предупредить вас, что опаснее всего делать выводы о традициях, которые дошли до нас, как минимум, через десятые руки. Они могут, в лучшем случае, сказать нам, во что верили в прошлом те или иные люди. Нельзя полагаться на то, что говорят традиции о таком-то и таком-то человеке. Единственным надежным показателем является его воздействие на мир. Для того чтобы пробудить такие колоссальные духовные силы, которые действовали и до сих пор действуют в Буддизме и Исламе, нужно обладать духовной природой шестого уровня.

Итак, что же следует понимать под шестым уровнем? Все дело здесь в отличии индивидуального духовного паттерна от универсального. Я имею в виду, что есть две основных вариации: во-первых, паттерн, образующий индивидуальную душу одного человека; и, во-вторых, паттерн, общий для огромного числа душ. Говоря о Душе Человека, вы должны понимать всю грандиозность этого понятия. Мы вынуждены признать, что человечество еще не достигло той степени единства, когда каждый человек чувствует причастность к единой душе. Тем не менее, эта мысль, безусловно, верна in potentia, то есть, как духовный паттерн, который человечество признано реализовать. Это идея Вселенской Церкви – Corpus Christi, или Тела Христова, на Земле. Это тайна, которую мы не способны постичь собственным Разумом, хотя, конечно же, можем верить в существование духовного паттерна. Похоже, что этот паттерн относится к седьмому уровню; однако, я не буду развивать дальше мысль, поскольку это сфера теологии, а не психологии – пусть даже и духовной психологии!

Насколько можно судить, именно к шестому уровню принадлежат те, чья любовь к Богу и человечеству настолько велика, что их души способны расшириться и вмещать в себя тысячи или даже миллионы людей.

В. – Вы сказали, что седьмому уровню соответствует единство, которое, как я думаю, имел в виду Христос, сказав: "Я и Отец Едины". И все же, всем известны Его слова "Почему Ты оставил меня?" Таким образом, есть и единство, и абсолютное разделение. Кроме того, пару лет назад, я спросил у вас, чего из переданного через Мохаммеда недостает Христианству. Вы сказали, что это знание о совершенной "обособленности" Бога. Не могли бы вы связать эти два обстоятельства друг с другом?

Дж. Г. Б. – Оба ваших вопроса относятся к сфере теологической мистики, но их лучше разбирать в комплексе, чем поодиночке. Поэтому я постараюсь ответить сразу на оба.

Говоря Ислам, мы подразумеваем Коран, а, говоря Коран, мы подразумеваем Ислам. В принципе, это религия Книги. С позиции самого Корана, религия Ислама не имеет богословия, по той простой причине, что она провозглашает Бога совершенно непознаваемым, полностью отличающимся от всего того, что мы можем знать. Однако эта "обособленность" Бога не говорит о Его отстраненности; Бог не является недостижимым Абсолютом Идеалистических философов. Каждый настоящий мусульманин верит, что, хотя Бог и непознаваем, Он вездесущ – ближе к человеку, чем даже его самая сокровенная самость. Бог вовне и внутри всего, но в обоих случаях Он полностью отличается от всего Своего Творения и от каждой его части в отдельности, включая человека. Как христиане мы можем согласиться с этим, но, все же, существует очень значительная разница, и две традиции заостряют свое внимание на разных идеях.

Антропоморфизм, то есть, попытки описать Бога при помощи человеческих определений, осуждается как богохульство во многих местах Корана. Часть из них направлена против христианского тезиса утверждающего, что во Христе мы знаем Бога. Фраза, которую вы процитировали: "Я и Отец Едины" входит в довольно пространный ответ Филиппу, начинающийся со слов: "Видевший Меня, видел Отца" (Иоанн XIV, 9-31.).

На первый взгляд, таким образом Христианство утверждает, что, зная Христа, человека, ученики могли знать Его Отца, Бога. Христиане и на самом деле имеют склонность к антропоморфизму, хотя мы и отрицаем подобные намеренья со своей стороны. Так, христианская живопись изображает Бога Отца в виде человека: ни один мусульманский художник не позволил бы себе такого. Христиане довольно часто говорят о том, что Бог радуется или гневается, а также, что Он является святым и праведникам, восседая на Своем Небесном троне. Все это мусульмане называют циничным богохульством. Мусульмане называют веру в Божественность Христа ошибкой уклонения, то есть, приписыванием "партнерства" Богу, Единому и Неделимому.

В связи с этим, вполне понятно, почему Христиане и Мусульмане, в прошлом, полностью отвергали убеждения друг друга. И все же, человек, которому доводилось жить с настоящими мусульманами, не станет отрицать, что это по-настоящему религиозные люди, многие из которых гораздо более преданы своей религии, чем большинство христиан. Перед нами один из наиболее ярких примеров принципа дополнительности, или принципа Диады. Компромисса быть не может, и, все же, мы должны признавать истинность Христианской веры со всеми ее богословскими деталями, относящимися к Богу, Христу и Троице. В то же время, я уверен, мы также должны признать истинной и Мусульманскую религию с ее акцентом на Уникальности и Обособленности Бога.

Впрочем, это не единственное место принципа комплиментарности в ответе на ваш вопрос. Существует также тайна двойственной природы Христа. Христос является Человеком и Богом, всегда, вечно и полностью. Он человек не по понедельникам и средам, и Бог не по вторникам и четвергам, а всегда являет собой обе природы. Бог бесконечен, нетварен и непознаваем. Человек конечен, тварен и познаваем. Каким же образом, бесконечное и конечное могут пребывать в одной и той же личности? Исключительно в силу принципа комплиментарности, в соответствии с которым, подлинная диада не просто может, а должна быть союзом двух несовместимых природ.

Христианство требует от нас веры в то, что Христос всецело человек и всецело Бог, а не человек, по своему телу, и Бог, по своей душе и духу. Земное тело Христа было телом Бога. Душа Христа была душой Бога. Тем не менее, и тело, и душа Христа были также человеческими. Здесь не может быть компромиссов; в противном случае, колоссальное значение диады Христа теряется. Крик отчаянья на Кресте: "Почему Ты оставил меня?" не был криком Христа-человека, покинутого Богом, но Христа, исполняющего завет Бога, а значит и свой собственный завет, суть которого в спасении человечества крестной жертвой. Этот крик вместил в себя все страдание грешного мира, и это на самом деле крик всего человечества в прошлом, настоящем и будущем. Но это также и крик Бога, исполняющего Свой собственный завет, свой акт Любви, благодаря которому грех человека должен быть искуплен.

Если вы спросите меня, как же у Бога мог вырваться крик отчаянья, я могу лишь указать вам на Мусульманское виденье Бога как совершенно отличающегося от всего, что мы можем себе представить. Это обстоятельство, хотя и не зафиксировано в качестве догмата, имеет столь же глубокие корни в Христианстве, как и в Исламе. Вступление к Евангелию от Иоанна напоминает нам о том, что мы не способны постичь Слово Бога, даже если Оно живет среди нас. Бог может уходить от своей обособленности и даже проявлять себя на Земле, воплощаясь среди людей; но это не означает, что Бог, в Своей бесконечности и обособленности, может быть полностью знаем или постижим. Только любовь, которая не ищет знания, а лишь безвозмездно отдает себя, способна без посторонних примесей проникнуть в полноту присутствия Бога. Но любовь не возвращается и не читает нам лекций по богословию.

В. – Не могли бы вы сказать, каким образом духовная сущность, которая есть у каждого человека, способна влиять на жизнь людей? Меня всегда ставили в тупик различия между душой и духом. Вы многое для меня прояснили, но я хотел бы знать, каким образом могу взаимодействовать с собственным духом.

Дж. Г. Б. – Я расскажу вам о выводах, к которым пришел после долгих лет размышлений над этим вопросом. Прежде всего, я уверен в том, что человек действительно включает в себя три независимые части: тело, душу и дух. У них различные источники, и они отличаются друг от друга по своей природе. Тело практически полностью строится по принципу наследственности, а также, хотя и в меньшей степени, его формирование зависит от воздействий, оказываемых на родителей до и во время зачатия, или когда плод еще находится в организме матери. Душа формируется из материала самости. Та ее часть, с которой мы рождаемся, по-видимому, относится к Разделенной Самости, то есть, к характеру. Все это можно назвать материальной сущностью, поскольку речь идет об энергетическом паттерне. К источникам материальной сущности, безусловно, относится наследственность, но при этом, наблюдая за детьми, мы практически всегда можем обнаружить у них определенные черты характера, которых и в помине не было у родителей. Я придерживаюсь теории, утверждающей, что сознательная энергия неразрушима, и что когда человек умирает, не завершив формирование собственной души, неиспользованные материалы поступают в общий резервуар "материала человеческой сущности". Генрих Ибсен, в эпизоде литья пуговиц из Пергюнта, на мой взгляд, вовсе не далек от истины. Совершенно иначе эту же идею выражает Юнг в своей концепции "коллективной бессознательности". Именно к этому "резервуару материала человеческой сущности" относятся те архетипы, которым Юнг придает настолько большое значение. Однако есть и другие, гораздо более личные элементы характера, и некоторые из них, возможно, даже связаны с воспоминаниями прошлого. Именно так я объясняю себе чувство "я уже был здесь раньше", о котором говорят многие люди. В связи с этим, я не отрицаю то, что обычно называют "реинкарнацией", то есть, возвращением более или менее организованной самости с характером, а также последствиями предыдущей жизни.

Не следует забывать, впрочем, что мы говорим о материальной сущности, а не о духе. Давайте сейчас, как раз, и поговорим о последнем. Я полагаю, вы уже поняли из сегодняшней беседы, что под духом я подразумеваю то же самое, что и под духовной сущностью. Этот паттерн качеств, совершенно лишен какой-либо материальности, и поэтому не подвластен условиям времени и пространства. Кроме того, с этой точки зрения, каждый дух должен быть уникальным и может быть только паттерном какой-либо одной человеческой жизни. В связи с этим, не может и стоять вопроса о реинкарнации духа человека. Далее, следует также признать, что духовная сущность не может прийти "откуда-нибудь". Только материальная форма может переходить из одного "места" в другое "место". То же самое относится к прошлому и будущему. Нельзя сказать, что духовная сущность "была", или что она "будет".

Таким образом, наши рассуждения о духовной сущности приводят нас к выводам, которые вполне согласуются с учением религии, то есть, с тем, что дух человека нисходит "Свыше". Если посмотреть на наш символ, и представить, что его верхняя линия отображает безбрежное море духа, то вторая линия будет символизировать великие облака, из которых, капля за каплей, льется дождик. Каждая капля – это духовная сущность.

Давайте теперь вернемся к заданному вопросу. Какую роль играет духовная сущность в нашей жизни, и каким образом мы можем узнать ее? Давайте начнем с одного из афоризмов Гурджиева: "Сознательность является Наместником Бога в нас". Когда мы ищем сознательность, мы, тем самым, ищем и духовную сущность. Вполне вероятно, что наша сознательность представляет собой материальную форму Ангела Хранителя, то есть, форму, которую придает нашим энергиям, присутствие духовной силы, части нас самих. Ангел Хранитель, будучи духовным, обладает возможностями, которые выходят за рамки сознательности. Они не идентичны, поскольку духовная сущность, не представленная Ангелом Хранителем, обладает более активной формирующей силой. Невозможно "доказать" это нашему разуму, но я, все же, уверен, что мой Ангел Хранитель помогает мне, и неоднократно выручал меня из очень трудных ситуаций.

Возможно, основным опорным моментом в изучении духовной сущности может стать для нас то обстоятельство, что наша судьба определяется не характером (Материальная Сущность), а нашими духовными качествами (Духовная Сущность). У нас есть тенденция излишне заострять внимание на собственном характере. Наша Реагирующая Самость узнает о нем по нашим проявлениям и начинает штамповать симпатии и антипатии. Возникает даже неоправданная ненависть к себе, основанная на нелюбви к определенным чертам характера, которые "выглядят как-то не так". На самом же деле, единственное, что следует ненавидеть в себе – это эгоизм. Мы должны принимать свой характер, как факт, и обращаться с ним, как с другими фактами. Мы можем, до некоторой степени, менять его, и в значительной мере его контролировать, но все это должно исходить от Истинной Самости. Стараясь использовать свой характер сообразно нуждам нашей судьбы, мы укрепляем свою душу. Я не могу сказать ничего больше. Духовную сущность нельзя знать как факт. Мы объединяемся с нею посредством принятия. Я уверен, что это то же самое, что и акт подчинения, лежащий в основе Субуда. Наша Дхарма – это наш духовный паттерн. Сусила Будхи Дхарма означает связь между духовным паттерном (Дхарма) и деятельностью самости (Сусила), посредством силы, имеющейся у души (Будхи).

В. – Если я правильно понял, вы сказали, что можно изменить характер. Каким образом можно сделать это?

Дж. Г. Б. – Есть две стороны этого вопроса. Если вы помните, я сравнил характер с джунглями. Животные в них дикие, и некоторые из них могут быть даже опасными. Они опасны для человека, поскольку боятся его. Человек может приложить все усилия, чтобы избавиться от животных, которых он боится, или которые мешают реализации его планов. Но он может и подружиться с этими животными. Животные перестают бояться человека, когда он перестает бояться их. Тогда они могут служить ему, подобно тому, как леопард и дикий медведь служили Шивапури Бабе. То же самое относится и к характеру. До тех пор, пока над нами властвует эгоизм, в самом центре нашего существа сидит страх. Эгоизм всегда переполнен страхом, поскольку не способен укрыть от себя, что его крах будет ужасен. Однако ради собственных целей он готов сокрушить все, что стоит у него на пути. Человек способен изменить свой характер из эгоистических побуждений. Из этого не выходит ничего хорошего, напротив, человек еще дальше удаляется от своей духовной сущности. В то же время, люди могут бороться с недостатками собственного характера из добрых побуждений. Если это делается без эгоизма, то человек получает поддержку от собственных духовных качеств. Тем не менее, в большинстве случаев, человек обнаруживает, в конце концов, что лучше принять собственный характер и приручить диких зверей, а не избавляться от них. Юнг называет это "принятием бессознательного". Мы должны научиться рассматривать свой характер, не как "себя самих", а как то, с чем мы вынуждены жить.

В определенном смысле, приручение диких зверей можно назвать изменением характера. Например, я чувствую в себе потребность в уважении со стороны других людей. Если это "дикое" желание, я буду требовать уважения к себе независимо ни от чего. Если же мне удастся приручить его, то я буду поступать, как подобает уважаемому человеку, не смотря на мнение других людей.

Проблему характера невозможно решить изолированно. Какой смысл иметь "хороший" характер, если он в руках эгоизма? Таким образом, вопрос упирается в Истинную Самость человека, с ее тройной природой. Именно здесь находится источник конфликта, о котором Св. Ап. Павел пишет следующее: "Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих. Бедный я человек! Кто избавит меня от сего тела смерти?" (К Римлянам VII, 22-24, в синодальном переводе.) Полем битвы является Истинная Самость, и ее исход имеет для судьбы человека решающее значение. Когда человек начинает осознавать воздействие противоположных сил материальной и духовной сущностей, и видит, что не способен разрешить этот конфликт своими усилиями, ему, рано или поздно, приходится сделать решающий выбор, о котором, в основном, речь будет вестись завтра.

Если в результате этой борьбы поражение терпит эгоизм, самость трансформируется в "одухотворенную душу". Это означает, что вход для пятой духовной природы открыт, и она занимает свое место в самости человека. Тогда он становится по-настоящему духовным человеком, человеком, достигшим совершенства. В результате, душа человека переходит на другой уровень, ее мир коренным образом отличается от нашего. Состояние, в котором живут такие люди, значительно отличается от состояния всех остальных людей, и они, на самом деле, отличаются от последних. Об этом можно судить по внешним признакам, по жизни, которую они ведут, а также по совершенно непостижимым для других людей возможностям, которыми они обладают. Люди этого уровни были и есть сегодня. Такие люди живут иначе и обладают возможностями, которые не исчезают после их смерти, так что люди могут обращаться к ним даже после их смерти, и получать духовную помощь.

Характерные черты пятого человека настолько очевидны, что здесь невозможно ошибиться. Например, можно с уверенностью сказать, святой ли тот или иной человек. Святой сильно отличается от обычных людей: он не привязан к конкретному месту, или даже к своему небесному статусу на данный момент; его можно встретить, с ним можно познакомиться. В истории человечества всегда были святые, причем, не только Христианские, но также и Мусульманские, Иудейские, Индуистские, Буддийские святые, а также святые, не принадлежавшие ни к одной из религий. Для того чтобы человек стал святым, в его самость должна войти духовная природа. Там не должно быть эгоизма. Таково первое условие святости. По причине отсутствия эгоизма, могут быть использованы самые различные возможности, которые невозможно использовать в присутствии эгоизма, разве что с огромным риском для собственной души и окружающих.

В. – Есть ли люди, которые обретают духовные возможности, но используют их не по назначению?

Дж. Г. Б. – К сожалению, есть. Природа Творения такова, что все в нем несовершенно, и наряду с несовершенством есть и свобода. Как я уже говорил раньше, мы верим, что есть всего лишь одно совершенное существо, Дева Мария. Но ее Космическая Природа полностью выходит за рамки возможностей нашего понимания.

В. – Свойственен ли пятому уровню непосредственный опыт Любви Бога?

Дж. Г. Б. – Да, Любовь Божья непосредственно воспринимается нашей духовной природой, но это не то же самое, что знание Воли Бога. Откровение божественных целей возможно только на следующем уровне. Именно поэтому людей следующего уровня называют пророками. Опять же, это совершенно другая категория людей. Так и должно быть, они не формируются, они посылаются. В связи с этим, они и получили название пророков или апостолов, то есть "посланников".

Люди шестого порядка, которых Гурджиев называет Людьми №6, не обязательно являются известными историческими личностями. Ряд традиций, в особенности те из них, которые были поглощены Исламом на Ближнем и Среднем Востоке, гласят, что на Земле всегда должен жить один человек шестого уровня. Его называют Кутуб или Аксир, и считается, что лишь его присутствие спасает человечество от полного отступничества, то есть, потери связи с Богом. О том, что такая традиция существовала в Израиле времен Господа Нашего, можно судить по часто задававшемуся Ему вопросу: "Ты ли тот Пророк?" Израильтяне не могли представить себе человека, более великого, чем Моисей и Илия. Путешествуя по Ближнему и Среднему Востоку, я обнаружил, что вера в верховного пророка все еще очень сильна. Помню, как я удивился, когда один дервиш из Малой Азии упомянул в своей речи о жившем тогда на Земле, по его мнению, Мутиссарефул-Заман, что значит почти то же самое, что и "Наместник Христа" – название, используемое католиками в отношении Папы Римского.

Не знаю, следует ли верить тому, что на Земле может жить всего лишь один человек, исполненный Вселенского Духа. Тем не менее, я думаю, это поможет нам понять, что подразумевается под Вселенской Церковью. Все человечество поддерживается Духовными Силами шестого уровня, хотя и не все соглашаются с этим – то есть, признают, что их спасение не может быть частным вопросом. Спасение человека должно быть составной частью общего одухотворяющего действия, которое должно подобно закваске изменить весь мир. Имейте в виду, что я высказал лишь "разумную интерпретацию", в то время как Вселенская Церковь является тайной, непостижимой во всей своей полноте для нашего разума. Это все, что я могу рассказать вам о шестом духовном уровне.

В. – Когда в процессе латихана появляется чувство, похожее на любовь, свидетельствует ли это о пятом уровне?

Дж. Г. Б. – Да, иногда у нас возникает необычайное ощущение любви, но любви не к чему-либо и не к кому-либо. Это может быть любовь к Богу, но никаких мыслей о Боге при этом не возникает. Это духовный опыт – непосредственный контакт с качеством любви, таким, какое оно в духовном мире. То же самое может быть и с верой. Мы можем верить в кого-то или верить, что данное утверждение верно. Но есть также и вера не во что-то и не по поводу чего-то. Нас переполняет радостная уверенность, которую лучше всего выразил Julian of Norwich: "Все будет в порядке, и все будут в порядке, и вообще все, что есть, будет в порядке". Здесь, опять же, имеет место контакт с духовным качеством веры, которое следует отличать от материального факта веры, хотя и то, и другое для нас, конечно же, важно. Чистые духовные качества – это вера без фактов, любовь без объекта, надежда без причины. Сюда же относится чувство правильности, а также духовные силы, которые Гурджиев называет "Священными Импульсами". Они духовны, но перестают быть духовными, привязываясь к чему-то, хотя, при этом, и не теряют своего смысла. Однако любовь не является полноценной, если это чисто духовная любовь; у любви есть более широкое предназначение. Она должна проявляться в сострадании, в нежности, в готовности взять на себя бремя других. Все это происходит, когда любовь проникает в мир форм, нижний треугольник на нашем символе. Любовь, от этого, отнюдь не теряет, наоборот, она становится чем-то бульшим, ведь любовь возрастает, отдавая себя. Тем не менее, те, кто не испытал духовной любви, вряд ли способны понять все ее видимые проявления. Именно поэтому следует считать великим даром и быть благодарными, если вам довелось иметь опыт какой-либо из этих духовных реальностей, без внешней формы.

Например, изумление является духовным качеством. Природа, безусловно, пробуждает в нас изумление, но чистое изумление не связано с природой. Когда чувство изумления наводняет вас, например, во время прогулки по горам, вы понимаете, что это не горы вызвали его, причиной не были вы сами, и вообще не было какой-либо материальной причины. Вы просто воспринимаете духовное качество, которое делает Творение изумительным и чудесным.

Я говорю все это, чтобы вы не считали духовный мир какой-то заоблачной далью. Он чрезвычайно близок нам. Мы воспринимаем его в природе, в красоте, в истинности идей, во всех качествах, которые не являются замаскированным количеством. Тем не менее, как я уже говорил, есть различные уровни духовности. Природные качества можно назвать "духами природы". Это одни из наиболее "тонких" духов. Кроме того, есть духовные сущности пятого уровня: ангелы и духовные сущности людей; а также мы говорили с вами и о высших духовных сущностях: архангелах, пророках и посланниках Бога. То, что выше, для нас недоступно, и я не буду строить догадки по этому поводу.

В. – Не могли бы вы побольше рассказать о значении души как вместилища или жилища? Чем является душа, до того как становится вместилищем?

Дж. Г. Б. – Неразвитая душа не имеет формы. Это не просто возможность души, как я думал раньше, а, скорее, вещество души, которое пока не имеет устойчивой формы. Она должна пройти процесс очищения и укрепления, прежде чем станет постоянной. В результате она превращается в вечное вместилище нашей духовной природы и может вместить в себя все наши самости. Гурджиев называл такую трансформацию души кристаллизацией. Кроме того, часто под этим подразумевают формирование четвертого тела. Так или иначе, формирование души – это длительный процесс. Гурджиев говорит, что она формируется за счет низших уровней человеческой природы, то есть, они должны пожертвовать чем-то, чтобы душа могла сформироваться. Дальнейшее ее развитие связано с проникновением новых духовных качеств.

Гурджиев приводил очень интересную аналогию. Он сравнивал обычное состояние человека с тиглем, наполненным стружкой различных металлов. Когда тигель встряхивают, все эти металлы перемешиваются между собой, образуя различные комбинации. Таково состояние человека, находящегося под властью Реагирующей и Разделенной самостей. Когда же эти низшие уровни человеческой природы начинают подчиняться творческой энергии центра, под тиглем разгорается огонь, который, в итоге, расплавляет металлическую стружку, в результате чего образуется сплав. Сплав уже невозможно разделить, он представляет собой единую массу, в которой заложены качества различных металлов, которые были в тигле. То есть, из жидкого состояния качества превратились в нечто постоянное в человеке. Затем, после того, как образовался твердый и устойчивый сплав, можно придать ему определенные новые качества, и этот процесс подобен проникновению духовной природы в самость.

Безусловно, эта аналогия со стружками различных металлов, кристаллизацией и формированием сплава, действительно хорошо иллюстрирует определенные особенности, но, иногда, это вводит людей в заблуждение. Люди довольно часто вкладывают слишком много смысла в аналогии. Так или иначе, имеет место процесс формирования, активный процесс преобразования нестабильного в стабильное. Затем следует совершенно пассивный процесс, в результате которого прочному сплаву придаются новые качества.

Аналогия иллюстрирует три различных процесса, задействованных в трансформации человека. Первый из них заключается в очищении. Бедственное положение и содержимое самостей должно быть исправлено. Кульминация этого процесса и, безусловно, наиболее важный шаг состоит в избавлении от эгоизма. Следующий шаг – это укрепление и кристаллизация. Он совершается благодаря "борьбе между да и нет", как это называл Гурджиев. Без этого душа не может окрепнуть. Третьим фактором является проникновение духовных влияний; душа перестает полностью зависеть от воздействий внешнего мира, который властвует над низшими самостями, и подпадает под руководство духовной силы. Эти три фактора могут действовать по-разному на разных людей. Однако я уверен, что каждый из них необходим, для того чтобы стать настоящим Человеком.

Теперь мы, наверное, должны спросить себя, что же все это значит для нас. Кто такой настоящий Человек? Мы сможем ответить на этот вопрос, только когда разберемся с понятием "Я". "Я" не представлено на нашем символе, и о нем следует говорить отдельно. До настоящего момента мы с вами говорили исключительно о "я". Самости являются составными частями "я", а душа представляет собой его венец. Теперь же мы должны выяснить: "Кто есть Я, и где его место среди трех частей я – тела, духа и души?"

nalatty.com
Hosted by uCoz